— Надо побыстрее, иначе Зона заявит права на эти места. Потому что не может быть так, чтобы аномалия была, а Зоны нет. – Неизвестно кому поведала Юля. Она достала из рюкзака три тонкие ровные веточки, срезанные с какого-то куста. Затем извлекла блокнот, и вырвала листочек. Девочка разложила веточки в виде треугольника. Вершиной он указывал на аномалию. Достала ручку и нарисовала на листочке три символа: овал с пронзающим его вектором, прямоугольник и треугольник с, отходящими от углов в стороны , линиями. Девочка положила листочек в треугольник из палочек, повертела пальцем, вдавливая бумажку в запылённый и потрескавшийся асфальт. Затем отошла от сооружения. Бумажка загорелась. Скоро земля, внутри сложенного треугольника из веток, горела, будто там лежали дрова, только треска не было. Пламя разгорелось ещё сильнее, а затем столбом ударило в стенку. Аномалия замерцала синим цветом и проявилась. Стенка была похожа на кусок чистого льда, вырезанного из водоёма для создания скульптуры. Через несколько секунд она исчезла, будто вмиг растаяла. Следом за ней исчез и огонь. Осталась только чёрная воронка в земле, размером десять сантиметров в диаметре и пять в глубину.
— Вот так. – Сказала Юля, и направилась к сталкеру.
Комбез лежал неподвижно. Его рюкзак был под головой, как подушка. Девочка провела рукой над телом сталкера. В данном случае помог бы «Лунный свет» или «Вспышка», но у Юли не было с собой артефактов. Без них сталкер очнётся только через несколько минут. На дороге послышался шум тяжёлой машины. Юля достала пистолет, но поразмыслив, убрала оружие в рюкзак, накинула лямки и стала ждать. БТР показался из-за поворота. Большая машина с множеством колёс. Юля видела такие по всей Зоне. Эти проржавевшие куски металла не давали никакой пользы, кроме укрытий во время боя. А ближе к центру они ещё и фонят, как чистый плутоний.
Большая машина притормозила рядом с Юлей. На броне сидели трое бойцов. Когда БТР полностью остановился, один из военных спрыгнул на землю и обратился к Юле.
— Залезай. Вон видишь скобу? Вот на неё вставай. Я пострадавшего сейчас подниму.
Юля не знала, как поступить. Но отказаться от помощи в данной ситуации было нельзя. Если военные не узнали её, то отказ мог навести подозрения.
— В машине кто-нибудь остался? – Спросил человек с автоматом, сидящий на броне.
— Нет. – Ответила Юля и начала подниматься на крышу БТРа.
— Соловьёв, проверь. – Сказал он, помогая девочке забраться. Один из бойцов, сидевших наверху слез и направился к машине. Солдат посмотрел в салон, заглянул в кабину, что-то там сказал и вернулся к, стоявшему на дороге, БТРу.
— Всё чисто. Поехали. – Оба солдата забрались на броню, и бронетранспортёр поехал по дороге.
***
Всё плыло перед глазами, затем стало темно и тихо. Я ничего не успел подумать, как вдруг в уши проник шум мотора, шорох гравия под колёсами, обрывки разговора. Ветер мягко обдувал меня, а машина иногда подпрыгивала на больших ухабах. Я с трудом открыл глаза: небо с маленькими кучевыми облаками, похожими на вату, мелькающие верхушки деревьев. Я осторожно осмотрелся, и ситуация мне не понравилась: двое военных держали Юлю на прицеле, ещё один повернулся ко мне и сказал:
— Сталкер, не дёргайся. Лишнее движение и я стреляю. — Он направил свой автомат на меня.
— Куда хоть едем, скажи. — Сухо спросил я.
— Восточный кордон. — Ответил солдат.
БТР въехал на площадку перед наружным шлагбаумом. Из маленького домика, размером в одну комнату, вышел дежурный. Человек осмотрел прибывших гостей и пленных, что-то довольно хмыкнул и звучно крикнул.
— Пропустить!
Полосатую, деревянную перекладину подняли, и бронетранспортёр покатил по дороге, выложенной серой плиткой. Бронемашина остановилась недалеко от центрального здания. Это было небольшое кирпичное строение. Недалеко от него расположилась столовая. Там же находилась комната для допроса, где мне уже довелось побывать, и именно там я впервые познакомился с Юлей. По другую сторону дороги стоял небольшой сарай, где находились автомобили. Больше на базе построек не было, остальное пространство занимали палатки, где ночевали солдаты. Больше здесь ничего строить не стали. Близость Зоны всегда создает нестабильность. Никто не знает, когда она расширится или когда будет прорыв мутантов. В этом случае сюда будет стрелять артиллерия, прикрывая отходящих солдат.
