– Приятно познакомиться, – смущенно пролепетала Татьяна. Она ожидала, что сын приведет ее в зал, а не на кухню и чувствовала себя не в своей тарелке. Это не осталось без внимания кухонных рабочих.
– Что же ты мать на черную кухню привел? – как бы выговаривая Вовке, проронила Анна Петровна, – Она привыкла не здесь бывать, а в зале кафетерия. Наша постоянная посетительница! Правда, что-то давно Вас не видно было… – улыбчиво язвила шеф-повар.
На самом деле она была в курсе всех последних событий в жизни матери ее любимца. К Вовке она сразу прикипела душой. Так сложилось, что своих детей у нее не было, и материнский инстинкт она реализовывала, заботясь о сиротинушке. Татьяну она не могла понять. Впрочем, как многие. Хватило же совести явиться сюда с сыном?!
– Я просто познакомить вас зашел. Пошли в зал, – обратился он к матери. Татьяна охотно последовала за ним.
Вовка усадил ее за служебный столик, за которым обычно ужинали музыканты.
– Ничего не заказывай, я тебе сам принесу все самое лучшее, что здесь умеют готовить.
Татьяна доверилась сыну. Кухню этого заведения она знала неплохо, поскольку действительно частенько бывала здесь со своими воздыхателями, но никак не находила ее хорошей. Однако принесенные сыном блюда развеяли ее скептический настрой, и она вынуждена была признать, что ухажеры не знали, что надо было заказывать.
– Ма, я охотно бы посидел с тобой, но мне работать нужно. Как закончу, подойду. Лады?
Татьяна кивнула в знак согласия.
– Что, мать вернулась что ли? – неодобрительно поинтересовалась Анна Петровна.
– Не знаю, теть Ань, – искренне ответил Вовка, – Только вижу, ей худо. Поэтому и привел ее сюда.
– Ну и правильно! – одобрила его покровительница и похвалила, – добрый ты парень, хороший, правильный!
Чуть позже Вовка присоединился к матери. К этому времени Татьяна уже успела познакомиться с музыкантами и весело проводила время. От прежней грусти и отчаянья не осталось и следа. Вовка был счастлив и искренне верил, что теперь у них с матерью отношения наладятся. Домой они вернулись поздно ночью, уставшие и довольные.
На следующее утро они встали поздно. В школу Вовка не пошел: проспали. Впрочем, в последнее время он редко там появлялся. Учеба ему не давалась с самого начала. А как стал работать, и вовсе потерял к ней интерес. В кафе он ничего особенного не делал, а за это ему платили деньги и кормили к тому же. Он приоделся, у него появились деньги на карманные расходы. В общем, он был устроен гораздо лучше многих своих ровесников, которым еще недавно сам завидовал. А что школа? В институт он на самом деле никогда не поступит, а работать он и сейчас может.
Он приготовил горячие бутерброды с сыром по рецепту Анны Петровны. На дразнящий нюх аромат, вмиг разнесшийся по квартире, на кухню сонно прошаркала тапочками мать.
– А ты недурно научился готовить. Не сравнить с той отравой, что ты подавал мне когда-то… – это была уже вторая похвала, сорвавшаяся с ее уст за последние сутки.
Вовка торжествовал! Наконец-то мать его оценила!
– Жизнь заставит, научишься! – заверил он родительницу, – Ты же замечательно готовишь, а я твой сын, есть в кого…
– Правильно! – снова одобрила сына Татьяна, – В жизни все пригодится.
– А ты как поживаешь? – поинтересовался он у матери, зная ответ наперед. Прошло полдня, а мать в дом мужа не спешила. Кстати, на работу тоже. – Ты сегодня во вторую смену?
– Нет, я уволилась со стройкомбината. Давно уже. – ответ матери огорошил Вовку. Перехватив его удивленный взгляд, Татьяна объяснила, – Сергей потребовал, чтобы я хозяйством и детьми занималась. Пришлось уйти.
– Как это ты согласилась? Домашнее хозяйство тебя же никогда не привлекало…
– Много ты понимаешь! – ощетинилась Татьяна, – Каждой женщине хочется элементарного человеческого счастья…
– Что делать думаешь? Вернешься обратно? – предположил сын.
– Не знаю. Может быть. Хотя отдохнуть и морально, и физически не помешало бы. Эти безумные дети меня чуть не доконали…
– Да? – глаза Вовки озорно сверкнули. – Что так?
– Старшая не упускала возможности сравнить меня со своей покойной матушкой, естественно, не в мою пользу. Самый младший грудничок. Пеленки, каши, смеси… Крик вечный в доме. То дети дерутся, то младший орет. И я одна среди этого ужаса!..
– Что же стало последней каплей? Или ты сюда на каникулы приехала. Отдохнешь, и снова в бой?
– Ни за что на свете! – замахала руками Татьяна, – С этим дурацким браком покончено. Сергей – подлец – в итоге обвинил меня в том, что я не должным образом забочусь о его детях. Словно я выходила замуж за них, а не за него. Я ему говорю, что ради нашего семейного счастья своего сына оставила, а он… – голос обиженной женщины сорвался на тихий стонущий шепот, – а он сказал, что это мои проблемы, что если бы ему была нужна просто женщина, он бы не стал жениться…
– Вы оба ошиблись в своем выборе, – сделал вывод Вовка.
– И в кого ты у нас такой умный? Мать глупая, бабка – сама наивность, отец – последняя скотина…
