Огромное разбитое окно,Как черная пробоина, зияло;Когда-то всеми красками оно,Как оперенье ангелов, сияло От разноцветных стекол. Но давно Его былая слава миновала;Лишь ветер да сова крылами бьет Его тяжелый темный переплет.63Но в голубом тумане ночи лунной,Когда глядит и дышит тишина,Какой-то стон, какой-то отзвук струнный Рождает эта хмурая стена;Как ропот отдаленного буруна,Как воздуха нездешнего волна,Как эхо величавого хорала,Она звучит печально и устало.64Иные говорят, что этот стон,Как некий дух, возник из разрушенья.Так на рассвете каменный Мемнон Звучит навстречу солнца появленью В Египте. Над стеной витает он, Печальный и прозрачный, как виденье. Мне довелось не раз его слыхать,Но я его не в силах разгадать.65Фонтан, из серых глыб сооруженный,Был масками украшен всех сортов. Какие-то святые и драконы Выбрасывали воду изо ртов,И струи пенились неугомонно, Дробясь на сотни мелких пузырьков, Которые бесследно исчезали,Как радости земные и печали.66Монастыря старинного следы Хранило это древнее строенье:Там были келий строгие ряды, Часовня — всей округи украшенье;Но в годы фанатической вражды Здесь были перестройки, измененья По прихоти баронов. Уж давно Подверглось реставрации оно.67Роскошное убранство анфилад, Картинных галерей, большого зала Смешеньем стилей ослепляло взгляд И знатоков немного возмущало;Как прихотливый сказочный наряд, Оно сердца наивные прельщало. Когда величье поражает нас, Правдоподобья уж не ищет глаз.68Стальных баронов весело сменяли Ряды вельмож атласно-золотых,И леди Мэри чопорно взирали На светлокудрых правнучек своих,А дальше томной грацией блистали В уборах прихотливо-дорогих Красавицы, которых Питер Лили Изобразил в довольно легком стиле.69Там были судьи с пасмурным челом,В богатстве горностаевых уборов, Карающие словом, и жезлом,И холодом неумолимых взоров;Там хмурились в багете золотом Сановники с осанкой прокуроров, Палаты Звездной сумрачный конклав, Не признающий вольностей и прав.70Там были генералы тех веков,Когда свинца железо не боялось;Там пышностью высоких париковМальбрука поколенье красовалось;Щиты, ключи, жезлы, ряды штыков Сверкали там, и скакуны, казалось,Военной возбужденные трубой,Скребя копытом, порывались в бой.71Но не одни фамильные титаны Своей красою утомляли взоры:Там были Карло Дольчи, Тицианы,И дикие виденья Сальваторе,Танцующие мальчики Альбано,Верне голубоватые просторы,Там пытки Спаньолетто, как во сне,Пестрели на кровавом полотне.72
