И паника, и громадное скопление людей вокруг трона затрудняли точное наведение снарядов. Было запущено около двадцати стержней, и многие из них уже нашли своих жертв.
С резким металлическим стуком, напоминающим звон камертона, рапира Бладда отразила еще один летящий снаряд. Мастер меча стоял перед Ирулан, пытавшейся защититься креслом. К Бладду подлетел еще один стержень, и он отразил, бешено вращая в воздухе тонкой рапирой.
Не вполне понимая, что происходит и откуда грозит опасность, люди бросились прочь из Небесного аудиенц-зала. Сидевшие в первых рядах обратились в бегство, натолкнувшись в проходах на плотную толпу других гостей, тоже искавших спасения.
Из декоративных отверстий вылетел второй заряд самонаводящихся снарядов, это была вторая волна, которая тоже стремительно понеслась к Полу. Чани неподвижно лежала на полу, поняв, что любое движение привлечет к ней ядовитую иглу. Но когда еще один сраженный федайкин упал на помост рядом с ней, Чани перекатилась ближе к нему, неосознанно стараясь помочь умирающему.
Пол видел, как самонаводящийся снаряд изменил траекторию и полетел к Чани, но теперь Пол вдруг обрел сверхъестественную способность наперед угадывать каждое движение. С немыслимой быстротой он прыгнул вперед, чтобы схватить снаряд рукой. Антигравитационное поле затрудняло захват, и Полу пришлось изо всех сил сдавить смертоносное жало.
В ту же секунду Император ощутил жгучий, очень болезненный укол.
Ментатский расчет тут же подсказал ответ. Центральный стержень снаряда был покрыт кольцом других острых шипов, тоже сочащихся ядом. Не обращая внимания на то, что смертоносные жала впились в его руку, Пол изо всех сил сдавил снаряд и, размахнувшись, ударил концом центральной иглы по камню помоста.
Пол почувствовал, что смертельный яд начинает проникать в его кровь, но он знал способ нейтрализовать токсин. Обученный техникам изменения обмена веществ, разработанным в ордене Бинэ Гессерит, Пол распознал ядовитое вещество, выявил строение молекулы и изменил его так, чтобы нейтрализовать яд. Это заняло у Императора всего мгновение, но этого мгновения у него не было. К нему устремились другие снаряды.
Но теперь Пол обладал иммунитетом к яду, в организме начало вырабатываться противоядие. Отпрянув назад, он схватил еще один снаряд, летевший ему прямо в лицо. Снова Пол ощутил укол иглы и снова разбил снаряд о каменный пол.
Развернувшись в поисках следующего снаряда, Пол внезапно понял, что второй снаряд был заряжен другим ядом, отличавшимся от первого. Этот яд был таким же смертельным, но требовал иной модификации иммунитета для своей нейтрализации. Любой из этих ядов оказался бы смертельным для обычного человека, да и Полу пришлось приложить много усилий, чтобы противодействовать не одному токсину, а сразу двум. Во всем этом дьявольском действе была какая-то немыслимая избыточность.
До Пола внезапно дошло, что, планируя эту атаку, кто-то точно предусмотрел и принял в расчет его способности.
Таинственный противник верно оценил силы Пола Муад’Диба Атрейдеса. Попытка покушения была предпринята в тот момент, когда он находился с теми, кого любил, что вынудило его защищать не только себя, но и их. Это, кроме того, означало, что он встретится с угрозами такими же хитроумными и опасными, как во время изматывающих тренировок с Дунканом Айдахо и Сафиром Хаватом. Если бы не помощь Бладда, то Ирулан, вероятно, была бы уже мертва.
Пол стал похож на беснующегося дервиша, он хватал на лету снаряды, сталкивал их друг с другом, ловил их в воздухе, прежде чем они успевали поразить Чани, Ирулан, Алию и даже Бладда. Трон был густо утыкан ядовитыми иглами, и каждый снаряд был напитан новым смертоносным токсином. Дело принимало все более дурной оборот!
Пол был уже на грани истощения. Все тело гудело от напряжения. Полу приходилось отражать и ловить снаряды и бороться с отравлением.
В воздухе было уже больше сотни снарядов – во всяком случае столько, что Пол уже не мог их остановить. Многочисленные раны покрывали его руки, плечи, грудь и спину. Теперь он уже не мог концентрировать внимание на каждом снаряде, так как все силы уходили на нейтрализацию все новых и новых ядов, непрерывно поступавших в кровь. На помосте лежала груда мертвых тел, люди в зале кричали от ужаса.
Корба выкрикивал приказы, организуя людей. Теперь он снова был не жрецом, а федайкином. Он приказал солдатам стрелять по отверстиям, чтобы блокировать вылет новых снарядов. Кто-то – кажется, это был Бладд – набросил индивидуальный защитный экран на Пола и включил его. Поле замедляло полет снарядов, и Полу стало легче перехватывать их. Бладд и сам надел защитный экран, очевидно, пронеся в зал эти устройства, нарушив приказ Императора. Но теперь этот акт неподчинения оказался весьма кстати. Бладда следовало не наказывать, а наградить за предусмотрительность.
