Визор походил на тонированные окна дорогих машин — такой же чёрный и непроницаемый. Разглядеть в нём можно было лишь блики от фонарей, а о том, что же находится за стеклом, внутри, оставалось лишь догадываться.
— Не… не помню, чтобы перебегал дорогу Терминатору! — выпалил он.
И это вполне сошло бы за шутку, вот только голосу недоставало расслабленности и лёгкости, которые могли сделать реплику смешной.
— Да скажи ты уже что-нибудь! Чё молчишь, а?! Чё те вообще надо?!
Само существование
День начался как всегда: они должны были собраться с ребятами на парковке, поделать привычную
И ведь шла ночь как обычно. Где они облажались? Чем навлекли на себя гнев такого чудовища?..
Он со своими
И хотя ничто не предвещало беды, именно сегодня их повседневность разлетелась вдребезги.
Кое-кто опаздывал, поэтому они ждали у въезда на многоуровневую стоянку. Вот тогда-то и появилась загадочная
Во-первых, мотоцикл был в прямом смысле бесшумен. Совсем. Разве что покрышки шуршали об асфальт, но вот мотор, вместо того чтобы реветь, молчал.
Первым делом бандиты подумали, что водитель заглушил двигатель заранее, а на парковку въехал на чистой инерции. Но тогда они услышали бы, как мотоцикл подъезжал к зданию, а никто ничего такого не заметил.
Во-вторых, что байк, что его хозяин были черны как ночь. Даже диски на колёсах — что уж говорить об осях и деталях двигателя — отливали смолянисто-чёрным. К тому же у мотоцикла отсутствовали фары, а на том месте, где полагалось крепиться номеру, чернела пустая металлическая табличка. То, что это нечто двухколёсное, удавалось разобрать лишь благодаря лунному свету и тусклым лампам на парковке.
Но ещё удивительнее было другое: в чёрной-пречёрной левой руке наездник держал что-то большое, непонятное. Размером эта штука была почти с самого байкера, и с того конца предмета, что поуже, на асфальт капала тёмная жидкость.
Один из парней присмотрелся к странной штуковине, свисающей у мотоциклиста с руки словно мешок картошки.
— Кодзи?..
Байкер, не поднимаясь с седла, швырнул предмет — точнее, человека — на асфальт.
Это и впрямь оказался тот самый опаздывающий товарищ, которого ждали бандиты. Лицо у Кодзи опухло от побоев, а изо рта и носа струйками бежала кровь.
— Вот дрянь…
— Тебе чё надо?
То, что байкер какой-то не такой, стало очевидно уже тогда, но в тот момент банда не боялась никого на свете. И даже избитый до полусмерти товарищ их не впечатлил. Гопников ведь не объединяло ничего, кроме
— Ну чё, чё? Чё те надо, спрашиваю? — самый недалёкий из банды, пацан в парке, угрожающе двинулся на байкера.
Расклад был в пользу банды: противник один против пятерых. Их по-любому больше, и это только раззадоривало. Но стоило гопнику подойти к мотоциклу поближе — а значит, отдалиться от подельников, — как счёт сравнялся. Они были один на один, хотя заметила это лишь восседающая на мотоцикле чёрная
Тишину разорвал мерзкий хруст.
Нехороший звук. Очень, очень нехороший. Не просто неприятный, а достаточно противный, чтобы инстинкт немедленно возопил: рядом опасность!
Гопник в парке пошатнулся и грузно упал на колени, а потом и вовсе повалился лицом на асфальт.
— Чё…
Остальные, естественно, тут же напряглись — как и обычно в разгар
Гопники отчётливо видели это движение. Но раз ногу пришлось опускать, значит, только что она была поднята? А те, у кого оказался особо зоркий глаз, смогли рассмотреть и ещё кое-что: в подошве ботинка застряли осколки очков, совсем недавно красовавшихся на носу бандюка.
Увидев их, гопники наконец-то поняли, что произошло.
Байкер одним ударом ноги вырубил противника, даже не потрудившись слезть с мотоцикла.
Удели они хоть немного внимания лицу отключившегося товарища, заметили бы ещё, что нос у того сломан. Иными словами,
Гопники соображали с трудом, но, пока одни пытались понять, почему парень в очках, получив такой удар, упал не на спину, а ничком, другие недолго думая похватали резиновые дубинки и электрошокеры.
— Это что было?.. А? Чего? Как же это… получилось-то?