Он протянул руку. Девчонка просияла и постаралась ответить на рукопожатие, однако, сделав несколько безуспешных попыток ухватить протянутую ладонь, захихикала и просто кивнула головой.
– Договорились! – и вдруг, прекратив смеяться, вздохнула: – Ох, Энлиан Свейа.. Светнанос… как же я так набралась-то?
Она тяжело слезла с высокого стула, пошатнулась и ухватилась за стойку.
– А теперь я пойду домой, пока меня не вытошнило прямо тут. Эй! – окликнула она стоящего недалеко Алмана и указала на рассыпанные по стойке монеты. – Прибери вот! Это тебе за выпивку… ну, и за все вообще.
Неверной, покачивающейся походкой, она прошла через зал, открыла дверь и вышла на улицу.
Алман подошел и собрал оставленные кеватры.
– И что? – кивнул он головой вслед вышедшей.
– Дело, вроде бы, подходящее, – задумчиво пробормотал Мерц – Присмотрюсь.
И он направился вслед за светловолосой посетительницей.
Уже на следующее утро Мерц снял дом напротив того, что его интересовал. Прикрыв шторы, он посвятил все время наблюдению за соседскими окнами и окружающей улицей, но ничего подозрительного не заметил. За целый день во дворе так никто и не появился, хотя весь вечер и всю ночь в двух окнах второго этажа горел свет и несколько раз в окне появлялся тот самый санорра то с кувшином, то с тазом в руках. Мерц усмехнулся: серокожему, похоже, досталась роль сиделки при его вчерашней знакомой. Ну, ничего, будет красавице наука на будущее.
Похоже, все было тихо, никто за домом не наблюдал. Выложенные на окне сигнальные медальоны тоже вели себя спокойно. Только некоторые из них начинали едва заметно мерцать, когда санорра появлялся в поле зрения.
На следующий день, ближе к полудню и сама трактирная собеседница появилась в окне. Вид у нее был жалкий. Около часа она просидела, глядя грустными глазами на улицу, затем с трудом поднялась и ушла в комнату, задернув за собой шторы.
Но к вечеру ей определенно полегчало, потому что на закате она на вполне твердых ногах вышла из дома в сопровождении своего темнокожего приятеля. Взявшись под руку, они направились в сторону городского парка, заперев за собой дверь.
Следующие несколько часов Мерц провел, наблюдая за окнами, улицей и двором дома, но никаких признаков того, что в нем кто-то остался, он не заметил. Похоже, девчонка не врала, и кроме них двоих в доме сейчас действительно никого не было.
Парочка возвратилась за полночь, причем блондинка выглядела намного живее, чем при уходе. Длительная прогулка явно пошла ей на пользу. Повисая на руке у невозмутимого санорра, она хихикала и о чем-то громко рассказывала. Похоже, не найдя утешения в выпивке, она решила лечить подобное подобным и закрутить роман с тем, кто оказался поблизости.
Итак, стало понятно, что в доме действительно остались лишь два жильца – за целый день кроме них снова никого не появилось ни в окнах, ни на лужайке, ни на улице. А вечером необычная пара снова отправилась на свидание под открытым воздухом. Пожалуй, пора было действовать.
Дождавшись, пока окончательно стемнеет, Мерц вышел из дома и прошелся вверх – вниз по улице, обогнув нужный ему дом. Он не собирался тратить время на прогулки – нужно было еще раз проверить, как ведут себя сигнальные медальоны и амулеты. Одни из них должны были обнаружить действующие охранные знаки и печати. Другие улавливали малейшие вибрации тонких энергий, и должны был просигналить, если в доме находились посвященные. Но все они молчали, значит, нежданному гостю не угрожали ни серьезные ловушки, ни те, кто бы мог их поставить. Похоже, можно было начинать.
Не спеша обойдя дом, Мерц оказался на заднем дворе. Сюда выходили две двери: первая, на низкой пристройке, явно вела в подвал. Вторая, скорее всего, позволяла попасть на первый этаж. Заряженные медальоны молчали и здесь.
Мерц вынул из тонкого бархатного чехла нечто, что больше всего напоминало изящную женскую заколку – длинную серебристую иглу, на одном конце украшенную филигранью с небольшим камнем, тихо светящимся в темноте тусклым алым светом. Подойдя к двери подвала, он осторожно ввел иглу в замочную скважину. Внезапно исходящий от камня свет стал немного ярче. Острие иглы продвинулось дальше. Камень засветился сильнее. Значит, внутри замок был прикрыт какой-то охранной печатью, незаметной снаружи. Осторожно вынув иглу, Мерц покачал головой: хитро, что тут скажешь, но и мы не так просты.
Он подошел к двери, ведущей в дом. Ей явно пользовались чаще, чем подвальной, так что вероятность того, что она тоже охраняется, была меньше, но кто их знает? Острие иглы снова скользнуло в скважину. На этот раз камень никак не отреагировал. Игла входила все глубже, пока не показалась с другой стороны двери. Свет камня остался тусклым.
