— У меня тоже все о'кей, только обшивку осколками посекло. Чуть ведь не накрыли, сволочи, — и добавил еще несколько слов в адрес немецких зенитчиков, смысл которых Данг уловил очень смутно, но зато их эмоциональная нагрузка ничего хорошего этим зенитчикам не обещала.
Пилот снова изменил курс, выполняя противозенитный маневр и затрудняя прицеливание наводчикам зенитных батарей. Но те свое дело знали крепко. Снаряды стали рваться вокруг "москито" в опасной близости, так, что пролетая через не успевшее рассеяться облако разрыва, Данг успевал почувствовать запах сгоревшей взрывчатки, который проникал сквозь пробоины в стекле под дыхательную маску.
Но внезапно зенитный огонь резко ослабел, а через несколько секунд прекратился вовсе.
"Вырвались", — облегченно подумал Данг и тут же понял, что не угадал. Мимо к земле промчался горящий "мустанг" и в наушниках возник полный напряжения голос "одиннадцатого":
— Лидер, нас атаковали. Немедленно уходите.
Данг насколько смог вывернул шею и посмотрел назад вверх сквозь прозрачный фонарь кабины.
Пятьюстами метрами выше кипел нешуточный бой, из которого вывалился еще один "мустанг" с оторванной плоскостью и, беспорядочно вращаясь, задымил к земле. Оставшиеся два P-51 схлестнулись с двумя "фоке-вульфами" сто девяностыми, пытаясь сдержать их натиск и не допустить к "москито".
Но взаимодействие у немцев было отработано что надо. Один из "фоккевульфов" длинной очередью с большой дистанции пресек попытку "мустанга" атаковать напарника с хвоста и заставил резко уйти вверх, а второй резким разворотом вышел в лоб другому "мустангу".
Сымитировав атаку на встречных курсах, он вынудил противника свернуть. Но не погнался за ним, как следовало, а с переворотом ринулся вниз и вышел из боя.
Пилот "мустанга" яростно выругался и в сердцах, забывшись, сплюнул в дыхательную маску, заметив, что противник отрывается с явной целью догнать и атаковать пытающийся уйти "москито".
С запредельной перегрузкой он развернул свой истребитель и, пользуясь преимуществом в скорости, стал быстро нагонять "фоккевульф". Он уже практически вогнал сто девяностый в прицел и так увлекся, что на мгновение забыл о присутствии в воздухе второго немца.
А вспомнил о нем, когда его самолет вздрогнул от попадания снарядов авиационных пушек.
Пилот второго "фоккевульфа", воспользовавшись заминкой своего противника, выкроил пару мгновений и накрыл второй "мустанг" длинной очередью из всех своих огневых точек.
В результате, прошедший сквозь стальной шквал "мустанг" задымил и со снижение пошел на запад. Его двигатель работал с перебоями, то и дело выбрасывая полосы черного дыма.
С начала боя прошли считанные секунды, а "москито" остался без прикрытия истребителей. "Одиннадцатого" арну не видел. Либо тот был сбит или вышел из боя.
Данг наблюдал всю картину, нещадно вывернув шею, и вовремя заметил бросившийся за ними в погоню "сто девяностый".
— Немец на хвосте, — доложил он пилоту, — дистанция шестьсот.
— Вижу, — отозвался пилот. — А вот хрен тебе…
Последнее относилось видимо к вражескому летчику. Чуть подав штурвал вперед, пилот "москито" перевел машину в пологое пикирование, наращивая и без того предельную скорость.
— Пятьсот метров, — оценил расстояние Данг, бросив взгляд назад.
За "фоккевульфом" тянулся серый выхлоп от работающего на форсаже двигателя. Его пилот всеми силами пытался сократить расстояние до удирающего противника. Он хотел бить наверняка.
Но легкий скоростной разведчик тоже выжимал все из своих двух моторов. А скорость уже перевалила за 700 и продолжала расти.
Самолет стало трясти. Сказывалась близость звукового барьера на этой высоте. Трясло все сильнее. Пилот еле удерживал самолет от срыва в неуправляемое пике.
Одно радовало, что немецкому пилоту сейчас не лучше. Он кажется достиг своего предела скорости и более не приближался. Даже стал понемногу отставать.
Наблюдающий за ним Данг поспешил доложить эту новость шипящему от физического напряжения пилоту.
— Отрываемся, — крикнул он, поворачиваясь к пилоту.
Уводя взгляд от вражеского самолета, он боковым зрением схватил вспышки, вдруг возникшие на капоте и крыльях "фоккевульфа".
Мгновения, пока его голова поворачивалась к пилоту, хватило, чтобы снаряды, выпущенные с истребителя, догнали самолет-разведчик.
Они все прошли мимо. Слишком велик был разброс из-за большой дистанции.
Все, кроме одного двадцатимиллиметрового снаряда, который, пробив сзади прозрачный фонарь кабины, прошел в миллиметре над бронеспинкой кресла пилота.
Голова пилота рванулась вперед. Сорванный с нее внезапным ударом шлемофон ударился в пробитое пролетевшим кабину насквозь снарядом лобовое стекло и сполз тяжелой кровавой массой на приборную доску.
У пилота отсутствовала верхняя часть головы примерно до переносицы.
Данг, наблюдавший всю картину с расстояния вытянутой руки, подавил возникший было спазм в горле и вытер перчаткой со своего лица мягкие брызги крови и мозгов.
