Братья привыкали друг другу очень быстро. Удивительно, как родство при желании становиться близким. Два предпринимателя, два упорных и сильных, им было о чем говорить. Чем заняться. Но сейчас, когда роды Лейлы ожидались накануне свадьбы Кейт с Даниэлем Зверевым, никто, даже сам господь Бог в компании с Девой Марией и Буддой, не отговорил бы ее от этого шага. Нужно ждать. Ждать и терпеть.
***
Сначала Кейт рыдала несколько недель, не в силах поверить, что все случившееся ничего не значит. Даже похороны останков Макса не смогли перекрыть боли от факта, что Владимир женится на Лейле. Затем наступил период заторможенной злости и битья посуды. А затем настала фаза разрушения.
Как назло подвернулся бывший ухажёр с цветами и нежностью, готовый утешить Кейт в своих объятиях. И Кейт спустя два месяца настойчивых ухаживаний дала согласие на брак, изумив не только отца, но и подругу, чрезвычайно большим рвением выйти замуж за нелюбимого человека.
В день свадьбы Кейт не могла найти себе места. Бессонная ночь легла кругами под глазами невесты. Все, включая маникюрщицу и парикмахера, страшно опаздывали. Благо до ЗАГСа рукой подать. Поэтому, когда не приехал лимузин, Кейт впала в неистовство и совершенно никак не связывала задержки с родами сводной сестры накануне в первом роддоме.
Наконец Кейт переступила порог ЗАГСа на набережной Иртыша, выяснив, что и жениха еще нет.
Нервно поглядывая на зеркала во весь рост, Кейт мерила шагами комнату невесты дворца бракосочетания Разговор четырехмесячной давности никак не шел из головы.
— Сколько времени до регистрации? — нервно спросила Кейт, не зная, куда сунуть свадебный букет из нежно-белых роз. Она остановилась и снова придирчиво оглядела себя. Выбор пал на простое белое платье из шелка и органзы с открытым верхом и жестким корсетом. Голову девушки украшала небольшая тиара, а волосы спадали вьющимся каскадом на изящные белые плечи.
— Двадцать минут, — сообщила Энджи, чувствуя себя этаким оруженосцем, в красном вечернем платье, подчеркивающим огненную яркость густых волос и колдовской омут карих глаз. — Не волнуйся. Он сказал, будет через десять минут, он недалеко.
— Я когда-нибудь убью его, — в сердцах пообещала Кейт.
Жених задерживается на полчаса, так как у них затянулись сборы. Задерживается на собственную свадьбу.
Через полтора часа ожиданий, когда Энджи на очередной вопросительный взгляд работницы ЗАГСа отрицательно покачала головой, у Кейт кончилось терпение.
***
Примерно в это же время Владимир сидел напротив бывшей жены в гостевом фойе роддома № 1 и смотрел, как та изучает документы по передаче прав на новорожденного ему в обмен на все имеющиеся активы.
За неделю до родов он пришел в дом Родлеров и положил перед Лейлой на стол бумаги о разводе. Та пару минут изучала их, а затем, положив руки на живот, ударилась в слезы:
— Как ты можешь со мной так поступать? — праведно вопрошала она, прекрасно помня о шантаже, которому подвергала его все девять месяцев.
После ареста отца Лейла надеялась сохранить лицо перед общественностью и друзьями.
— Это же твой сын! Ты бессердечная скотина! — рыдала она, горько размазывая тушь по красивым скулам. — Будь ты проклят!
— Лейла, я бесплоден, поэтому в курсе, что он не мой, — спокойно сообщил Владимир, поражаясь актёрским талантам жены.
Лейла тут же перестала рыдать и зло посмотрела на него из-под мокрых ресниц.
— Прекрасно, тогда и мне не нужен этот ублюдок, — произнесла она холодно, мстительно разглядывая Владимира. — Отдам в детский дом.
— Сколько ты хочешь за него? — вдруг спросил почти бывший муж с едва сдерживаемым чувством презрения.
— Все, что у тебя есть, — она сузила глаза, совершенно не собираясь шутить.
Владимир не сомневался, если бы она могла, то подала бы на него иск за принуждение к суррогатному материнству. Он холодно кивнул.
И теперь, когда у него были все отцовские права, он забрал малыша из роддома и направился прямиком в ЗАГС. Только бы успеть.
***
Сентябрь по-осеннему стоял теплым, золотым, поэтому нарядные люди вокруг были одеты в легкие костюмы и платья.
— Ну слава богу, — возмутилась Кейт, наконец немного поостыв.
Они вошли в зал бракосочетания, и у обоих от удивления раскрылись рты. На месте регистратора брака стояла Карла Изольдовна, сцепив ладони перед собой. Увидев их, она развела руками и сообщила:
— Смена работодателя. Итак, приступим, мои дорогие. В этот расчудесный, прекрасный, осенний день…
Спустя сорок минут часть гостей, уставших переминаться с ноги на ногу, захотевших в туалет и попить, готовы были проклясть администратора на месте.
— Хватит! — не выдержала Кейт, полагая, что это не что иное, как месть старой грымзы за все описки и ошибки в деловой корреспонденции за те несколько дней, что она работала в компании Родлеров.
Карла Изольдовна высокомерно взглянула на нее, гостей и затем, выдержав максимально возможную паузу, выдавила:
— Ну, хорошо.
И она по новой зарядила песню о чувстве любви и брака на ближайшие десять минут, а затем задала сокровенные вопросы:
