– Наш славный повелитель, ушедший в райские кущи, завещал! – громко сказал он и зачитал согласованный с сыном еще вчера известный текст.
Вельможи, выслушав Тугучи, заворчали, заволновались. Имам Ахмат покраснел, надулся и закашлялся: было видно, как он борется с волнением!
– Ну, же, наши славные люди! – весело сказал Джанибек. – Кто не согласен с волей покойного государя?
Таковых не нашлось.
– Тогда клянитесь в верности мне! – потребовал царевич. – И несите сюда святую Книгу!
Имам Ахмат встал с коврика, подошел к стене, на которой висел вышитый золотыми нитями кожаный мешок, извлек из него Коран и, взяв обеими руками книгу, приблизился к ханскому трону, остановившись справа от него, чтобы не стоять к хану спиной, и повернувшись лицом к вельможам.
– А теперь клянитесь в верности государю! – громко сказал он. – И подходите сюда, к Алькорану!
Ханские приближенные подходили к святой Книге, кланялись ей и произносили слова верности.
– Надо бы позвать сюда твоих братьев, чтобы и они принесли клятву! – промолвил высший священник, когда вся ханская знать прошла перед Кораном. – И Хыдрбека, и славного Тинибека…
– Но Тинибек еще далеко! – буркнул молодой хан. – А за Хыдрбеком… Что ж, пошлите!
Ханские слуги побежали выполнять приказ молодого повелителя.
Имам Ахмат тем временем подошел к Тугучи и пристально вгляделся ему в лицо.
– Почему ты так смотришь, славный имам? – спросил дрожавшим голосом тайный ханский советник. – Разве я неправильно поступил?
– Нет, – покачал головой святейший имам. – Все свершилось по воле Аллаха…, – он вздохнул, – но у знатных людей совсем нет храбрости, даже на деньгу!
– Что ты там говоришь, премудрый имам? – вопросил с вершины своего трона хан Джанибек. – Может, мы неправы?
Имам не успел ничего сказать, как дверь в ханскую тронную залу отворилась, и внутрь вбежали посланные за Хыдрбеком слуги.
– Государь, государь! – кричали они. – Твоего славного и набожного брата Хыдрбека больше нет! Его призвал к себе Аллах!
– Как же это случилось?! – подскочил на троне молодой хан. – Неужели умер?
– Умер, государь, – ответил мирза Абдул. – Его нашли с острым ножом в сердце! И только что…Тело еще не остыло…
– Это – великое злодеяние! – спокойно сказал Джанибек, обводя взглядами искаженные страхом лица своих подданных. – Надо провести расследование! И мы жестоко покараем всех тех, кто не признает волю моего покойного батюшки!
– Спаси нас, Аллах! – пробормотал Тугучи, встречаясь со злым, колючим взглядом имама Ахмата.
– Все в руках Аллаха! – пробормотал тот, не сводя глаз с лица ханского тайного советника.
Прошел месяц со времени воцарения нового ордынского хана. В Сарае все успокоилось, и, казалось, жизнь входит в прежнюю, привычную колею. Однако неожиданно из Хорезма вернулся сын покойного хана Узбека, Тинибек, с небольшим, но верным войском.
Как раз в это время в ханском дворце проходил очередной совет татарской знати, и верные ханские слуги доложили хану о приезде Тинибека.
– Это Божья кара! – пробормотал имам Ахмат так громко, что Джанибек его услышал.
– Кара, почтенный имам, – сказал он, – твоя праведность! Эй, Товлубей! – хан поднял руку. Мурза подскочил со своих подушек и предстал перед ним. – Иди же, Товлубей, к моему славному брату и позови его сюда, в мой дворец! Пусть принесет мне клятву верности!
– Слушаюсь, государь, и повинуюсь! – склонился в низком поклоне Товлубей. – Во мне не сомневайся: все будет так, как ты решил! – И он удалился.
– Надо бы поговорить о коназах-урусах, – сказал Джанибек, обращая взгляд в сторону советника Тугучи, – чтобы исправить ошибки моего батюшки! Я недоволен, что коназы Мосикэ вошли в силу, а прочие коназы ничего не значат! Надо отказаться от лжи и клеветы по отношению к незаслуженно обиженным коназам и призвать их в Сарай! Есть ли такие?
– Есть, государь, – пробормотал Тугучи. – Это Иванэ из Смулэнэ, Дэмитрэ из Брэнэ, Вэсилэ Ярэславэ, Костанэ Суждалэ и другие…
В это время в ханское присутствие вбежал мурза Товлубей: красный, потный, взволнованный. – Мой славный государь! – возбужденно вскричал он, упав на колени. – Твой брат Тинибек не хочет слушать твоих слов и отказался давать присягу! Он еще сказал, что скоро придет сюда и будет жестоко ругаться!
– Где он сейчас? – нахмурился хан Джанибек. – И много у него воинов?
– Он сидит в своей зеленой юрте, – пробурчал Товлубей, – и вокруг него – два десятка человек. А возле юрты стоят мои верные люди. Сотня воинов…Войско Тинибека пребывает в общем стане…Зачем всем людям собираться в большую толпу? Войны-то нет! Слава Аллаху, все спокойно!
– Ну, ладно, – кивнул головой Джанибек, глядя перед собой. – Тогда мы пойдем с тобой к моему несговорчивому брату и душевно с ним потолкуем! А вы, мои верные люди, обсудите пока дела коназов-урусов! – Молодой хан встал со своего трона, гордо сошел по ступенькам вниз и, окруженный верными телохранителями, удалился.
