В этот момент в трапезную вошла красавица Тешана, одетая, как и Ярина, в длинное, добротно выделанное, белое льняное платье с вышитыми на нем алыми цветами. Ее большая тугая грудь четко выделялась в плотно обтягивающей ткани, а неглубокий вырез вверху платья обнажал красивую нежную кожу и стройную шею.
Поставив перед князьями большой зеленый кувшин, покрытый греческой поливной глазурью, полный дорогого вина, она низко им поклонилась и также тихо, без слов, удалилась.
– Еще одна прелестница! – покачал головой князь Василий. – И такая, что я даже не могу сказать, кто из них краше! Вот, если бы не утоление непотребной страсти в твоей баньке, батюшка, я бы за весь день не смог успокоить свой дрын!
– О, Тешана – тоже ладная девица! – сказал, улыбаясь, брянский князь. – Я добыл ее в дремучем лесу, Божьим промыслом! Все было, как в сказке! – И он поведал своему зятю историю своего прошлогоднего знакомства с девушкой.
Кашинский гость слушал своего тестя, затаив дыхание.
– Я и ее назначил своей ключницей, – сказал в заключение Дмитрий Романович. – Пусть второй, в терем княгини, но, на самом деле, она постоянно пребывает при мне! И я поочередно познаю то ее, то Ярину!
– Как же они принимают твою любовь и не ссорятся? – удивился Василий Кашинский. – Я не увидел гнева в глазах Ярины…Она спокойно, даже ласково произнесла имя своей соперницы!
– Сначала они едва не поссорились, – сдвинул брови брянский князь, – однако Тешана вскоре усмирила горячую Ярину своей добротой и скромностью. А прошлой зимой Ярина вдруг неожиданно захворала и даже предавалась смерти…Но Тешана ухаживала за ней, как за сердечной подругой, и вылечила ее от тяжелого недуга! Даже мой старый лекарь Овсень был очень удивлен! – Она хорошо разбирается в болезнях, – сказал тот именитый в своем деле человек, – берегите ее: у нее – бесценные руки, благословленные самим Господом! – Однако вот совсем не ходит в церковь, и этим раздражает моих людей…Однажды сам владыка посоветовал окрестить ее! Но она не хочет принимать христианскую веру и хранит древний завет своих предков!
– Это плохо! – покачал головой князь Василий. – Без Бога нет правды! Ты должен уговорить ее и окрестить на славу нашего Господа! А также окрестить ту старуху из лесной избы и ее младшую внучку!
– Там уже нет той старухи! – покачал головой князь Дмитрий. – Через полгода после моей встречи с Тешаной я послал людей в ту избу на заповедное озеро. Но они не нашли ту старуху: она ушла неведомо куда. Там так и стоит на той поляне ее опустевшая изба. Я хотел послать туда лесника, чтобы он охранял озеро и следил за зверьем…Но никто не хочет там жить! Все боятся этого глухого места и, особенно, колдовских чар…
– А вот ты, батюшка, говорил о той Ярине, – задумчиво сказал князь Василий, – и о какой-то там ватаге…Неужели та красавица занималась разбоем?
– Да, сынок, – кивнул головой князь Дмитрий. – Она была даже атаманшей! Тут завелась большая разбойничья ватага, грабившая купцов. Ну, я сам занялся этим делом и перебил всех разбойников! Их атаман оказался московским человеком…Мы узнали его по лицу. Тот злодей был дружинником именитого московского боярина Алексея Босоволкова!
– Босоволкова?! – встрепенулся князь Василий. – Неужели того верного слуги покойного Ивана Данилыча?
– Не только покойного Ивана, но и нынешнего Семена, – кивнул головой брянский князь. – А ты еще хочешь ехать за правдой в Москву! Оттуда идет все зло! Наш Брянск страдал от них не один раз! И хоть они, князь Семен и его бояре, отговорились перед моим посланником, будто Москва не виновата в тех злодействах, я им не верю! Я даже сомневаюсь: не причастны ли они к насильственной смерти моей дочери? Вдруг да опоили ее смертоносным зельем?! Поэтому я могу посоветовать тебе только одно: никогда не ищи помощи и поддержки в Москве! От московского князя и его бояр может быть только горе!
Так и остались эти слова мудрого тестя в памяти Василия Кашинского. Он еще с неделю пробыл у гостеприимного брянского князя, сходил с ним на добычливую медвежью охоту и самолично сразил матерого зверя, еще раз побывал в прекрасной княжеской бане, но жизнь требовала от него возвращения в свой удел.
Вернувшись домой в родной Кашин, князь Василий, радостно встреченный красивой и ласковой супругой Еленой и подросшими, повзрослевшими детьми, еще не раз с теплотой в душе вспоминал гостеприимство своего тестя.
– Банька тестюшки только укрепила мою мужскую силу! – думал он, обнимая и любя свою супругу, с удивлением ощутившую, как окреп и отдохнул ее любимый.
– Ты почаще езди в гости к моему батюшке, – говорила счастливая княгиня, – и люби меня каждую ночь, как молодую девицу!
