В этот момент в ханское присутствие вошли князья Александр Тверской и Александр Новосильский. Опустившись на ковер, они медленно поползли к ханскому трону. Но едва они успели приблизиться к золоченым ступеням, как дверь вновь отворилась, и два окольчуженных ханских воина ввели в залу гремевшего тяжелыми цепями, грязного, изможденного великого суздальского и тверского князя Дмитрия Михайловича. Последний, опустившись на колени, пополз к остальным русским князьям.
– Идите же, воины мои! – приказал хан Узбек стражникам. – И ждите моего решения в простенке!
– Слушаем и повинуемся! – прокричали воины, пятясь к выходу.
– Ну, что ж, – покачал головой ордынский хан, глядя вниз со своего трона на лежавших у его ног русских: двух Александров – впереди, а Дмитрия – за ними. – Начнем тогда с Алэсандэ из Нэвэсилэ! Салям вам, гордые урусы!
– Салям тебе, государь! – пробормотали русские князья.
– Тогда поведай нам, глупый Алэсандэ, – усмехнулся Узбек-хан, – зачем ты заключил союз с Лэтвэ, нашими лютыми врагами?
– У меня не было другого выхода, государь! – промолвил на неплохом татарском князь Александр Симеонович. – На нас напали литовцы с огромным войском, и я пожалел свои город и удел…
– А почему ты не приехал к нам в Сарай и не пожаловался на злобных лэтвэ? Почему не оправдался в своем проступке? – грозно молвил Узбек-хан.
– Я испугался, государь, твоей суровой кары, – сказал, приподнимаясь с пола и глядя в глаза хану, Александр Новосильский, – потому как у меня не осталось нисколечко серебра для уплаты «выхода»…
– Эй, Дзаган! – поднял руку хан Узбек. Ханский денежник быстро выскочил вперед и превратился в живой столб. – Поведай же мне, Дзаган, сколько серебра доставил в мою казну коназ из Нэвэсилэ! Он привез двухлетний «выход»?
– Не привез, государь, – опустил голову толстяк. – У него недостача на целую четверть даже за один год!
– Ясно, – буркнул ордынский хан. – Значит, ты не чтишь своего повелителя!
– Это не так, государь батюшка! – пробормотал Александр Симеонович. – Я доставлю тебе все нужное серебро! Надо только потерпеть! Я полностью с тобой рассчитаюсь!
– А почему не сделать это сейчас? – усмехнулся Узбек-хан. – У тебя было предостаточно времени…Однако ладно, мы еще подумаем о тебе…
– Говори же теперь ты, Алэсандэ из богатой Тферы! – приказал он.
– Я собрал все нужное серебро, государь, – привстал на колени князь Александр Михайлович, – и привез подарки тебе, могучему хану, великому солнцу и нашему славному господину! Да хранит тебя Господь, о, мудрейший повелитель, затмевающий своей славой самого Соломона!
– Вспомнил даже Сулеймана, – улыбнулся довольный хорошей татарской речью русского князя Узбек-хан, – и собрал все нужное серебро! Вот тебе пример, Алэсандэ из Нэвэсилэ! Учись, как надо почитать своего государя! Я доволен тобой Алэсандэ, сын Мыхаыла и готов тебя наградить! Говори же, чего ты хочешь?
– О, щедрый и добрейший государь! – вскричал Александр Тверской. – Мое самое большое желание – слышать от тебя слова похвалы!
– А может, ты хочешь еще чего-нибудь? – поднял брови татарский хан. – Говори же, не скромничай!
– Есть у меня только одна просьба, государь, но если тебе не будет это противно слышать, – промолвил, дрожа от волнения, князь Александр Михайлович, – о моем брате Дмитрии…Прости ему, государь, горячность и убийство того злобного Юрия! Я привез тебе богатый выкуп серебром за его жизнь…
– Выкуп, Алэсандэ, – улыбнулся хан Узбек, – это дело хорошее! Ладно, подумаем об этом. Но сначала я освобожу этого Дэмитрэ от тяжелых оков! Эй, Бэгэрсэн! – Из затемненного угла выскочил рослый татарский мурза. – Сходи-ка, Бэгэрсэн, – повелел ордынский хан, – к нашим людям и скажи, чтобы они сняли с Дэмитрэ все оковы и отпустили его на волю! Пусть пока посидит в нашей гостевой юрте и подождет моего решения! Согласен ты с этим, Дэмитрэ?
– Благодарю тебя, государь! – вскричал, не веря своему счастью, князь Дмитрий. – У меня нет слов: только радость льется из самого сердца!
– Ну, тогда иди, Дэмитрэ, к моим людям и следуй моим указаниям! И вы, остальные коназы, идите к себе! А я с моими людьми отъеду на новые пастбища, богатые сочными травами. Вы все тоже поедете на наше кочевье и будете ждать моего решения о ваших делах!
– Слава тебе, справедливый государь! – крикнули едва ли не в один голос русские князья.
– Что вы скажете об этом, мои лучшие люди? – спросил молодой хан, как только князья ушли. – Вы довольны моим распоряжением?
– Довольны, государь, – ответил имам Ахмат. – У нас нет слов, чтобы выразить свое восхищение твоей добротой и справедливостью! Но не слишком ли ты щедр к тому убийце, коназу Дэмитрэ?
– Его не следовало бы прощать, славный государь! – встал со своего места сидевший до этого момента в тени молодой любимец хана мурза Чолхан. – Не надо жалеть и других – Алэсандэ из Нэвэсилэ и брата убийцы, тоже Алэсандэ! Если ты не казнишь всех этих коназов, твоя власть над урусами пошатнется!
