-Ясноосвецонный король ошибается, я только казацкий сотник.
-Вот странно,- улыбнулся король, подавая ему знак встать с колен,- а королевская грамота свидетельствует о другом.
Он протянул руку назад и Оссолинский вложил в нее лист бумаги, скрепленный королевской печатью.
Передавая грамоту Дорошенко, принявшему ее с низким поклоном, король, по-прежнему, улыбаясь, произнес:
-Если войсковой писарь не доверяет словам своего короля, то, надеюсь, пан старший казацкого войска не станет оспаривать королевскую грамоту!
Столпившиеся вокруг казаки побросали шапки вверх и громкими криками приветствовали своего нового войскового писаря.
9 октября королевские войска полностью окружили лагерь воеводы Шеина. В конце ноября Шеин попытался сделать несколько вылазок из осажденного лагеря, но ловушка к тому времени уже была плотно захлопнута. Казаки заняли Дорогобуж и полностью перекрыли дорогу на Москву. У осажденных не хватало продовольствия, начались болезни. Но и полякам задерживаться под Смоленском смысла не было. В конце января по предложению короля начались переговоры. 14 февраля 1634 года воевода Шеин капитулировал, получив право на беспрепятственное возвращение в Москву со знаменами, ручным оружием и 12 полевыми пушками, но оставив полякам всю осадную артиллерию. Часть наемников перешла на службу к полякам. В Москву воевода привел немногим более 8 тысяч солдат. Царское правительство обвинило его и Измайлова в государственной измене и 28 апреля 1634 года они были казнены. Смоленский поход обошелся полякам в 6450000 злотых ( 2150000 флоринов), донельзя истощив королевскую казну.
После столь удачного завершения дела под Смоленском Владислав 1У повел свои войска на Москву, до которой оставалось 300 верст, но героическое сопротивление небольшой крепости Белой спутало его планы захвата столицы Московского государства. Деньги в казне кончились, жалованье кондотьерам выплачивать стало нечем, наемники отказывались продолжать службу. По заключенному вскоре Поляновскому миру он вынужден был официально отказаться от своих притязаний на московский трон, возвратить все документы, связанные с его избранием в 1610 году ( в частности, крестоцеловальную запись бояр) на московский престол, возвратить на родину останки царя Василия Шуйского, умершего в польском плену, признать законным царем Михаила Романова. Границы восстанавливались по положению до Смутного времени, но с оставлением за Польшей захваченных ею территорий.
Глава девятая. Кодак.
Легкие казацкие челны рассекали голубую гладь Днепра. Гребцы в такт поднимали и опускали весла, вспарывая прозрачную воду, которая тяжелыми каплями падала опять назад в реку. Хотя чайки поднимались вверх по Днепру, скорость их хода была вполне удовлетворительной. Еще немного и покажется Чертомлыцкое Днеприще, а там уже рукой подать и до Сечи.
Наказной гетман Иван Михайлович Сулима гордо стоял на носу передовой чайки, выпрямившись во весь рост. Ему было чем гордиться: поход на Азов, предпринятый в конце прошлого года вместе с донцами, закончился полным успехом. Казаки погромили и разграбили с полсотни татарских селений в окрестностях Азова, отбили выпасавшиеся там табуны коней, потопили несколько турецких судов в устье Дона. На обратном пути запорожцы крепко пограбили Керчь ( древнюю Пантикапею), нагрянули в Кафу, где освободили несколько сот пленников. Сейчас с богатой добычей участники морского похода возвращались на Запорожье. Здесь все награбленное и захваченное имущество подлежало дележу по давно установленным правилам. После этого каждый со своей долей отправлялся на волость и в украинные города, где все продавалось торговым людям. Обычно вырученные деньги быстро пропивались в шинках и запорожцы, порой, в одних шароварах возвращались на Сечь. Но многие из казаков постарше, особенно семейные, вкладывали деньги в развитие собственных хозяйств или накапливали на черный день.
Кривонос и Серко присоединились к этому морскому походу в самый последний момент и во многом благодаря стечению случайных обстоятельств. Сразу после его назначения войсковым писарем реестровых казаков, Хмельницкому надлежало явиться в Чигирин и приступить к исполнению своих обязанностей. Дорошенко попрощался с побратимом, выделив ему для охраны сотню казаков, в числе которых оказались и оба приятеля. Из Чигирина гетман Орендаренко срочно отправил их на Сечь с каким-то письмом к кошевому атаману. Здесь они узнали о готовящемся морском походе и присоединились к Сулиме.
