С предложением Хмельницкого оба согласились, не раздумывая. Серко последние два года провел у себя дома в Мурафе, и жизнь добропорядочного эсквайра ему надоела до чертиков. Не лучше чувствовал себя в своей Ольшанке и Кривонос, никогда прежде не занимавшийся хлеборобством. Третьим полковником Хмельницкий предложил стать Ивану Золотаренко, своему давнему приятелю. Все трое с энтузиазмом включились в работу и уже к концу года две с половиной тысячи отборных запорожцев-товарищей, были готовы к отправке во Францию.
Глава шестая. Жан де Люпугрис.
Осада Дюнкерка стала первым, но далеко не последним сражением запорожских казаков под знаменами принца де Конде. Постепенно победитель при Рокруа привык поручать казацким полковникам проведение самых рискованных предприятий и они никогда его не подводили. Особенно пришелся по душе принцу Иван Серко, которого с его легкой руки французы стали называть Жан де Люпугрис. Когда срок контракта запорожцев истек, они под командой Кривоноса и Золотаренко возвратились домой, а Ивану он предложил продолжить службу при своем дворе. Тот согласился при условии, что вместе с ним на службу к принцу перейдет и Верныдуб, бывший при нем есаулом. Конде не возражал, так как более могучего великана, чем этот запорожский казак, не найти было во всем его войске.
Особых обязанностей при дворе принца де Конде у Серко не было. Формально они с Верныдубом числились в его охране, но фактически еще полгода назад он поручил им охрану своей сестры герцогини деЛонгвиль. Она сейчас отсутствовала в Париже и большую часть времени казаки оказались предоставленными самим себе. Любознательный от природы Иван свободное время посвящал ознакомлению с парижскими достопримечательностями, которых, сказать по правде, во французской столице было немного. Несколько раз он в эскорте принца побывал в Лувре; заглянул в Нотр-Дам, где свободно размещалось девять тысяч человек- все население Парижа ко времени окончания постройки собора; осмотрел все пять городских ворот и посетил знаменитый парижский рынок, получивших впоследствии название "Чрево Парижа". Увеселительные заведения на улице Сен-Дени его интересовали мало, но однажды поздним вечером, возвращаясь к себе на квартиру, которую они снимали с Верныдубом, он пересекая эту улицу, услышал в одном из темных переулков лязг шпаг, шум и мужские голоса. Ускорив шаг, Иван заглянул в переулок и увидел пятерых мужчин, которые с обнаженными шпагами в руках атаковали одного, на вид совсем еще молодого человека. Юноша защищался вполне успешно, показывая настоящие чудеса ловкости и владения шпагой, но против пятерых ему явно было не устоять. " Если пятеро нападают на одного, то они всегда не правы",- мелькнула мысль в его мозгу и Серко, не долго раздумывая, по привычке, уже ставшей в таких случаях условным рефлексом, ускорил обмен веществ в своем организме. В следующую секунду он словно растворился в воздухе, а его сабля, с мягким шорохом покинув ножны, плашмя обрушилась на голову одного из нападавших.
Следующий, кто оказался на его пути, получил сильный удар эфесом по голове, а третьего он просто пнул ногой в зад. Все трое стали падать, но с таким замедлением, что Иван успел еще выбить шпагу из рук четвертого. В следующее мгновение субъективное время Серко стало течь, как обычно, и он увидел, что двое нападавших, схватившись за головы, падают на землю, третий, получивший пинок, врезался в стену дома, а четвертый с удивлением смотрит на свою руку, не понимая, куда делась шпага. Оборонявшийся юноша, сохранявший полное самообладание, воспользовался возникшей паузой и изящным движением проткнул шпагой плечо пятого из нападавших.
Затем он поднял шпагу вверх и с нескрываемым восхищением посмотрел на Ивана. Тот, небрежно бросив саблю в ножны, повернулся к человеку, у которого он секунду назад выбил шпагу из рук. Мгновение помедлив, тот бросился бежать со всех ног, вызвав громкий хохот Ивана и сдержанную улыбку на лице юноши, который взяв шпагу под правую руку, левой рукой снял с головы шляпу и изящно поклонился своему спасителю.
Серко приветствовал его в ответ и юноша, не скрывая своего восторга, произнес:
-Благодарю вас, месье! Теперь я у вас в долгу и поверьте, Шарль д*Артаньян не из тех, кто их долго не возвращает! Но, черт меня побери, если я встречал когда-либо мастера фехтования, который обладал бы, хотя бы сотой долей вашего искусства.
-Учтивая речь столь молодого человека, свидетельствует о прекрасном воспитании и делает честь не только вам, сударь, но и вашим родителям,- ответил Серко, представившись в свою очередь.
Когда юноша узнал, что Жан де Люпугрис является приближенным знаменитого принца де Конде, восторг его еще больше усилился и он рассыпался в новых комплиментах.
Не желая попадаться на глаза ночной страже, Иван предложил д*Артаньяну пройти к нему на квартиру, где привести себя в порядок:
-Это здесь рядом, буквально в двух шагах.
Юноша с благодарностью принял предложение и последовал за ним.
