Сердце все еще не успокоилось. Ночью писал Воинову, но бросил[690]. Солнце, снег тает. Был на выставке. Вчера веч[ером], оказывается, было собрание с людьми из Кр[асного] Кр[еста]. Был у Scribner’a[691], но не застал г-на, с котор[ым] можно было бы перегов[орить] о переизд[ании] на англ[ийском] «Le livre’а»[692].
Купил «The Monk»[693] Lewis’a. Моя давнишняя мечта прочесть его. Веч[ером] пошел один в Le Grande (cinema). «Zaza»[694] с Gl[oria] Swanson и Warner’ом. Gloria хороша. Длинное письмо от А[нюты], Ж[ени] и Димы.
4 апр[еля], пятница
Glorious day[695]! Солнце, тепло. Написал длинное письмо Воинову[696]. Наконец! После в 2 [часа] выехал на bus’е к Scribner’у. Переговоры ни к чему не привели, гов[орил] со стариком пуританского вида. На выставку к пяти. Пустыня. Пил чай внизу в ресторанчике с Сориным. Сказал ему, собираюсь навестить Mme Kahn. Получил два приглашения: от Mrs. Thacher[697] на обед в понед[ельник] и от Janet Ramsay, романистки, на чай в субботу. Я с ней познаком[ился] на днях на выставке и, вероятно, ее очаровал. Вечер[ом] с Е[леной] К[онстантиновной] и супругами Малышевича опять в cinema на «Gipsy Blood»[698] c Pola Negri[699] (это «Кармен» по M'erim'ee[700]). Но конец – убийство – пропущен. Много красивых сцен. Negri очень хороша и очень симпатичный Jos'e – кто?[701] – Moreno[702]. Читал на ночь Волконского и «Monk’a»[703]. Спал эти две ночи очень хорошо.
5 апр[еля], суббота
Опять солнце, опять тепло. Спал с открытым окном. На выставке у меня, Грабаря и Ник[олая] О[сиповича] был interview c Mr. Littledale (?) из N[ew] Y[ork] Times’a. Странное и неприятное. К 5-ти часам пошел на чай к молодой Miss Janet Ramsay, писательн[ице] и музыкантше; у нее Miss Colby[704] и русская дама Юлия Александровна Базавова и ее брат[705]. Разговор о литературе и о пустяках, старая Colby говорила для амер[иканской] дамы рисков[анные] вещи о любви, мужчинах и т. п. Вечером дома. Читал роман, подаренный мне Miss Ramsay – «High Road»[706]; потом «Monk’a». В прилож[ении] к N[ew] Y[ork] Times – несколько очень хвалебных фраз о моем искусстве в статье о выставках города[707].
6 апр[еля], воскр[есенье]
Утром появилась ужасная статья в N[ew] Y[ork] Times’e[708]. Ложь и клевета на нас. Наши слова переврали, исказили с умыслом. Поехал на выставку удрученный.
Сидели все время в office’e. Развесили парижские картины – Гончарову, Ларионова – и карт[ины] Лентулова, Кончаловского и Соколова[709]. Комната ужасов!
Приходил симп[атичный] господин предлагать нашу выставку возить по Америке[710].
Потом приход[ил] другой корреспонд[ент] из N[ew] Y[ork] Times’a гов[орить] по поводу утр[енней] статьи, добивался объяснения, вел себя сначала грубо. Но его поставил на свое место Е[вгений] И[ванович] – великолепно вел беседу с ним.
Обедал с Е[леной] К[онстантиновной] и Е[вгением] И[вановичем] в маленьк[ом] ит[альянском] ресторанчике. Вечером в концерте под упр[авлением] Barr`ere’a в Henry Miller’s Theatre. Очень милый концерт: Mozart (Kochanski), Rameau, Charpentier, бал[етная] музыка исп[анца] …[711] и «Tame Animal Tunes»[712] [С. Бингама[713]]; сидел в ложе Mme Barr`ere c худ[ожником] Bichope’ом и его женой. После конц[ерта] ходил знаком[иться] с Barr`ere’ом. Видел Изабеллу и познак[омился] с Коханским, пригласившим меня к себе. Сильнейший дождь и ветер весь день. Дома один пил чай и читал «Monk’a»[714]. Отвратительный день – на душе тошнота.
7 апр[еля], понед[ельник]
С утра поехал на выставку в удрученном состоянии. Грабаря вызывал 3 раза Браиловский по телефону. Говорили при мне. Гр[абарь] сказал ему, что считает этот 'aртикль[715] инсценир[ованным] им и Гебеном[716]. Он оправдывался с негодованием.
Решил с ним [с Грабарем] ехать к нему в office. Поводив одного франц[узского] евр[ея] по выставке, поехали. Приняли нас не сразу, потому что там как раз был автор статьи Littledale. Когда он ушел (мы отказались гов[орить] с ним раньше, чем перегов[орим] с Бр[аиловским] и Дубровским) из их комнаты, ввели туда нас.
