На этот раз совершенно фатально поступил с дачей и машиной. Собственность определенно гнетет. На даче я уже неделю не был, а неделю теперь буду в отъезде. В теплице огурцы, помидоры и лук будут стоять без воды, одна надежда на соседей, может быть догадаются полить. Машину просто бросил у подъезда.
К сожалению, не сумели прихватить с собой В. А. Пронина, который просился в нашу компанию, с ним всегда интересно, но он поздно приехал откуда-то из-за границы, а мы схватили почти горящие путевки. Но по телефону В. А. с его привычной язвительностью все же сказал мне несколько приятных слов. Написал ли я завещание? Не написал, но уже многое здесь продумал.
Домодедово – с его устоявшимся режимом электричек, подвозящих пассажиров прямо к вокзалу, потом регистрация, поиск, как всегда, легкой выпивки в дорогу.
Дорога до Неаполя заняла в воздухе четыре часа. Вовремя взлетели, я дочитывал в полете том Пушкина.
В моменты посадки увидел море и подумал: как же так запросто испанцы в свое время приплыли из своей Испании и завоевали целый край. Веке в шестнадцатом или семнадцатом здесь даже существовало Неаполитанское королевство. Правда, понятия, Италия, как такового тогда и не существовало, так, разрозненные княжества. Но аэропорт в королевстве оказался неплохой, с большим количеством техники на полосе и быстрыми пограничниками. Сразу же за кондиционированным зданием аэропорта, уже на выходе увидел огромные и кряжистые многолетние пинии, как-то за границей умудряются строить и возводить, и покрывать асфальтом, ничего не разрушая и не пиля под корень. Встретила наш гид на все время семидневного путешествия – Яника, молодая женщина. Сразу же сказала, что ночевать мы будем в Помпеях.
На выезде сразу же бросилась в глаза огромная, вошедшая в легенды и историю гора. Везувий, поворачиваясь разными своими боками, все время служил постоянным фоном. На сцене надвигающегося вечера Везувий главенствовал. Кто там из древних естествоиспытателей описывал его знаменитое извержение, когда погибли Помпеи и Геркуланум? Огромная гора окружена, как ожерельем, созвездием небольших городков. Витринки, столики на улицах, небольшие магазинчики, кажется, –взглядом нашего зарождающегося молодого капитализма, – что торгует вся странах. Без каких-либо изменений в воздухе и пейзаже въехали всвятая святых мировой культуры – город Помпеи. Естественно, это новый город, выросший на окраинах старого. Невысокая, нечестолюбивая провинция: мотоциклы, парни и девушки в достаточно модных платьях и майках, изображающие столичную беспечность. Уже вечер, время променада, молодые и пожилые дамы гуляют с малолетними детьми, некоторые вывели собак и мужей.
Поселили в старинном отеле на центральной улице. Коридор с выходящими в него окнами просторных ванн и туалетных комнат. Такая необычная гостиничная система, помнится, существовала в знаменитом «Лондоне», гостинице в Одессе. Я упоминаю здесь старое, еще дореволюционное название, но, кажется, оно снова вернулось. Тогда, в благословенные пятидесятые гостиница называлась по имени города. Тогда – мне семнадцать лет, снимается фильм «Аттестат зрелости» с Василием Лановым в главной роли, я на далеком подхвате, в так называемом «окружении» – я впервые столкнулся с роскошью, которая называлась цивилизация. Ах, этот тогда немыслимый красавец Вася!
Все это как-то мельком возникло в сознании, когда вошел в номер. Высокие потолки, балкон, выходящий на улицу, через дорогу огражденные смутно угадываемой в начинающейся ночи решеткой, подлинные и настоящее Помпеи. Через ветви пиний. Кондиционера нет, балкон на ночь открыт. Такое ощущение, что каждый мотоцикл и любой грузовичок, подвозящий товар к магазину или бару, проезжает через твою комнату.
Ужин: макароны и мясо с салатом. Старые официанты, старый певец с гитарой. За пятнадцать минут был спет весь классический репертуар Муслима Магомаева.
