«Элиту составляют люди, которые ответственны за создание комфортных условий жизни своим согражданам. Взамен элита получает статус, привилегии и те самые зарплаты, которые так азартно обсуждают обыватели. Поэтому критерий оценки представителей элиты – качество жизни. В нашем случае – россиян».

Вот может все же ученый так сформулировать, что хочешь не хочешь с ним согласишься. Что-то всегда похожее с тем, что сказал доцент МГУ Магомед Яндиев, я ощущаю, когда вижу, как выступают наши министры, политические и общественные деятели. Наблюдаю, даже когда без бумажки говорит спикер Госдумы Грызлов или замечательно читает с узких и коротких листов сам В. В. Путин.

Другую любопытную статью написал ведущий научный сотрудник ВИАПИ Валерий Сарайкин. Не упоминая слова «кукуруза» и, видимо, даже не думая об этом замечательном растении, он, тем не менее, опять поднял этот важный для России вопрос: если есть Господняя воля, то кукуруза будет расти и на Севере. Естествен, здесь я вспомнил Хрущева. И может быть, его бы и не вспомнил, если бы в статье Сарайкина не упоминались «первые лица страны».

Меня всегда пугает, когда в промышленность ли, в экономику, в конкретные знания, как решающие эксперты, вмешиваются первые лица страны. Еще больше пугает, когда коллектив инженеров, ученых и политических деятелей, людей, которые над той или иной проблемой долго размышляли и экспериментировали, немедленно с барской идеей соглашаются. Ах, Сарайкин, действительно, на миру и смерть красна. Я бы так подробно всего не писал, если бы дело не касалось самого животрепещущего – мяса, говядины, еды. Слава Богу, с помощью Сергея Лисовского, бывшего или шоумена и импресарио, депутата, который когда-то выносил из Белого дома знаменитую коробку из-под ксерокса, у нас в стране все в порядке с птицеводством. Но вот с говядиной:

«В апреле первые лица страны сформулировали свое видение выхода из тупика: создание крупных ферм. И обещали, что именно крупные хозяйства получат господдержку». Теперь я прерву цитату, чтобы сказать, что любую господдержку я вижу, как известную картинку из нашего революционного прошлого «Семеро с ложкой, а один с сошкой». Эта картинка была помещена в учебниках по истории для средней школы. Я вижу этот лакомый хрустящий «чемодан», полный господдержки, которую разворовывают большие чиновники. Уж потом что-то получает и человек с сошкой. И тут мне опять видится некая другая, уже литературная, в словах картина: «Как мужик трех генералов прокормил». В мое время эта сказка Щедрина тоже была в школьном курсе. Ну да ладно, продолжим цитату. Что же надо сделать чтобы говядина на прилавках была не импортной?

«Но представляется, что это тупиковый путь. Надо как раз наоборот: диверсифицировать и распылить выращивание КРС».

Статья называется «Скотовод с ружьем». Это еще и о том, какую лакомую добычу представляют большие стада в государстве, где стадо могут просто с помощью подкупленной милиции или даже без ее помощи отобрать и перегнать в другой регион. Я заостряю на этом свое внимание еще и потому, что Толик, мой бывший шофер, житель из-под Ростова, рассказывал мне какие-то подобные истории. Тогда, правда, была еще террористическая ситуация на Кавказе и войска из Чечни никто не выводил. Спускались лихие люди с гор и угоняли стада.

Хотел еще написать страничку или две в роман, но так устал с этим дневником.

24 апреля, пятница. Собственно, одна причина у меня утром уезжать с дачи – в три часа вручение премии Солженицына. Вот уже премия, где никто не скажет, что дают ее неталантливым или случайным людям. Особенных обязательств здесь у меня нет, но решил показать московский литературный бомонд Вилли. К сожалению, он что-то перепутал и не сходил в среду, как я планировал и организовал, в театр Гоголя на «Портрет». В этом смысле, программа, которую я ему и Барбаре составляю, оказалась неполной. Встретились без двадцати три на выходе станции метро «Таганская». Но еще до этого у станции «Парк культуры» пересекся с Юрием Ивановичем. Он передал мне кое-какие распечатки из Интернета, связанные с моей шестой главой, и дал «на просмотр» свои соображения – он теперь, взяв, видимо, пример с меня, ведет дневник, – связанные со спектаклем «Мастер и Маргарита». Пропускаю весь обстановочный материал, но два соображения показались мне занятными. Сначала это, конечно, трактовка двух противопоставленных героев: Понтий Пилат и Мастер. Юрий Иванович очень остроумно видит здесь диалог Сталина и Булгакова. Все остальное– «материализованные символы зла».

Второе соображение касается сроков публикации романа – должна была уйти «хрущевская «оттепель» с ее пафосом развенчания культа личностей».

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги