Сутки на то, чтобы съездить к Атлантическому океану и вернуться обратно. Но сразу выполнено главное, что и стало стимулом поездки - повидал сестру, двоюродного внука, которого помню еще крохой, а главное, поздравил свою мачеху Татьяну Алексеевну - ей исполнилось 90 лет, ее возраст почему-то внушает и мне надежду. Но всё, в том числе и Дневник, приходится как-то приводить к хронологическому порядку.
Уже сидим в поезде на Париж. Двенадцать дня. Таня со своим мужем Марком - «долгие проводы - лишние слезы» - уже ушли, поезд начинает движение, в три часа будем на вокзале Монпарнас. Ожидал ли я от этой поездки таких поразительных впечатлений? От городка на берегу океана, от его достопримечательностей, о существовании которых не предполагал. От чувства родственности, что вновь во мне пробудилось. От того урока по нашему русскому образованию, преподанного мне Марком. Но, повторюсь, есть смысл все рассказать по порядку.
Вчера, практически в дождь, также в полдень, с хорошего и комфортного вокзала Монпарнас, который мы обследовали на всякий случай накануне, уехали в Ля-Боль, городок, где уже давно живет со своей семьей Таня. Поезд от вокзала сразу набрал скорость и полетел - почище, чем «Сапсан». Я люблю рассматривать встречные дома, поселки, сам быт, но здесь скорость была слишком велика, часто все, проносясь мимо, сливалось. И все же одно, по контрасту с нашими просторами, виделось отчетливо: никаких свалок мусора, заросших пустырей, пустошей, ничейных участков земли. Ухоженное пространство, стоящее забот и денег. Время урожая уже наступило, большинство полей скошено, на полянках среди редких и низких лесов лежат тугие смотки свежего сена. На лугах, еще окончательно не потерявших сочную свежесть, пасутся медлительные и сытые коровы. Ощущение, что и у них, как и у людей, жизнь тоже налажена и регламентирована. Коровы по лугу двигаются стройным, как косари, рядом, тщательно выбривая пространство. На другом лугу, через десять минут пути, видны уже другие коровы, эти, словно по команде, все, как одна, легли возле воды - дневной отдых.
Где-то в середине пути несколько раз поезд промчался в виду петляющей по широкой долине Луары. Здесь она шире, чем возле Амбуаза, берега спокойнее. Кое-где на береговых откосах, как иллюстрации к сказкам Перро, мелькают пряничные замки. Прокатываются, оттеняя серый, в тон небу, цвет воды, белые и пустые песчаные пляжи. Я опять думаю, как сильно Луара похожа на Оку, где прошло мое детство.
Едем во втором классе. Откидывающиеся, почти самолетные кресла, кондиционер, чистый туалет, сетка от солнца на окнах, автоматически откидывающиеся двери. Громоздкий чемодан не надо тащить через весь вагон, до своего места, его можно оставить на специальном стеллаже у входа. Стоимость билета 63 евро с носа - это плата за удобства и скорость.
Отвлекусь. Скорость в нашей жизни становится решающим фактором. Скорость получения информации, скорость оборота денег. Мы, русские, отстаем всегда и повсюду. На длинных проходах в метро - этого в Париже не было раньше - стоят самодвижущиеся дорожки. По ним можно спокойно ехать, но можно одновременно и идти. Как же это увеличивает пропускную способность и оборачиваемость капитала! Ведь в конечном итоге пассажир вместе со своими деньгами вновь поскорее возвращается в столь удобное метро. Вспомнил в связи с этим унылый и долгий переход в московской подземке на «Площади Революции».
Поезд мчит нас почти без остановок. Их всего три или четыре на всем пути следования. Вот легендарный Нант. Сквозь листву слева видно какое-то замковое строение. Исторические параллели преследуют меня - Нантский эдикт Генриха IV о веротерпимости. Нант для меня это еще и некоторая гарантия плавучести - его обязательно надо увидеть прежде, чем… А не сделать ли мне покамест книжку выборок из дневника - «Советским туристом по Франции»?
Пейзаж меняется, дичает, безлюдит. На горизонте низкое море, на его фоне возвышаются промышленные корпуса. На одном из них почти интернациональная надпись: «Airbus». Потом Таня мне расскажет, как они с мужем и сыном ехали на машине в Париж и не могли обогнать трейлер, на котором куда-то на сборку перевозили огромное крыло от самолета. Отчетливо представляю, как позади трейлера мечется легковая машина, пытаясь обогнать громадину.
Вслед за корпусами, параллельно железной дороге, между путями и морем возникают циклопические круглые емкости. Я уже знаю, это хранилища нефти. Где-то поблизости база подводных лодок и верфи, где строят знаменитые вертолетоносцы «Мистраль». А берег все ниже и пустыннее…
