Облокотившись о дверь, я скатилась по ней вниз и начала думать. Думать и думать. Я начала прокручивать в голове все свои мысли, которые скопились у меня за мои пятнадцать лет, и все события. Перед глазами самой первой картиной встал тот день в зоопарке, когда мы были ещё совсем маленькими, и Каринэ впервые посмотрела на меня с невероятной ненавистью, на какую только была способна в столь юном возрасте. Сейчас она уже взрослая, ей уже девятнадцать, но её ненависть не исчезла.
«из-за Карины сегодня были те парни, что шли за мной, и это она облила меня кислотой. Лилит всё это знает, поэтому и смотрит на неё с такой ненавистью», – пронеслась мысль в голове, но я выкинула её прочь, решив, что это полнейший бред и такого не может быть. Но то, что Лилит что-то знала, было очевидно, это читалось в её взгляде. Но что именно она знала, мне было неизвестно. От моих раздумий меня оторвал дверной замок. Я начала прислушиваться, звонок продолжался, тут я вспомнила о телефоне. Проверив карманы, выяснила, что забыла его в комнате. После нескольких попыток звонок прекратился. Наступила недолгая тишина, и дверь распахнулась с огромным треском.
– Ой! – закричал нежный женский голос, обладательницу которого я сразу узнала.
– Лилит! Лилит! – я начала звать сестру и хлопать по двери, желая, чтобы она выпустила меня. – Лилит! Я здесь, Лилит!
– Нарминэ? – спросила девушка, не понимая, что происходило. – Где ты?
– Лилит! Лилит! Открой! – продолжала бить по двери и кричать. – Я тут, в ванной! Через долю секунды я услышала сильный грохот.
«Конечно, без шума она не может», – закатив глаза, подумала я.
Наконец дверь распахнулась, и я увидела стоящую над поваленными стульями Лилит.
– Ты как тут? – не понимая, спросила она, а после посмотрела на стулья: – И что тут произошло?
– Я потом всё объясню, – с этими словами я оттолкнула сестру и выбежала из ванной в гостиную.
– Ты куда? – спросила Лилит и побежала за мной.
Я прохаживалась по каждому сантиметру гостиной в поиске зацепки или «улики». Что конкретно я искала – я не знала, но чувствовала, что должна была смотреть именно здесь. В голове всплыла картинка, как Севак стоял на стуле в гостиной, прямо под люстрой, и его испуганное лицо, когда увидел меня.
– Точно! – подняла вверх указательный палец: – Люстра.
– Что «люстра»? – всё ещё недоумевала Лилит.
– Помоги мне, – проигнорировав вопрос девушки, я пошла за стульями, которые валялись у дверей ванной комнаты.
– Помоги отнести их туда, – я взяла один из них и вернулась с ним в гостиную. Лилит молча последовала моему примеру и поплелась за мной. Я поставила один стул под люстрой, а второй – на него.
– Подержи и помоги мне залезть.
– Но… – Лилит хотела что-то сказать, но я перебила её, ухватившись за её плечо, и полезла на стул, который был сверху. Еле дотянувшись со своим метром семьдесят до люстры, я начала рассматривать её вблизи.
– Нарминэ, осторожней. Ты и так ногу подвернула, сейчас только перелома на хватает.
– Интересненько, – я потянула за украшение люстры, на которой лежал какая-то маленькая прозрачный пакетик. Быстро схватив его, я возомнила себя Тарзаном и спрыгнула на диван.
– Ай!!! – что есть силы вскрикнула от боли. Моё приземление было не самым удачным.
– Ненормальная, – с испугом и смеясь, Лилит подошла ко мне, чтобы проверить мою ногу. – Жить будешь, небольшой ушиб правой ноги, – встала с дивана. – Сейчас принесу лёд.
Держа в кулаке белый пакетик, я развернула его и посмотрела на белый песок, похожий на стиральный порошок.
«Нет, это не может быть стиральным порошком. Севак не стал бы хранить его на люстре и переживать, что кто—то узнает. Хотя, как знать…»
– Это наркотики?! – резко раздался голос девушки, и я повернулась в её сторону. Она держала в руке лёд, который громко упал на пол после того, как я кивнула.
– Откуда? Это из люстры? – недоумевая, спрашивала она, а я продолжала кивать.
– Лёд подними, – сказала я, когда она села рядом.
– Ой, да, прости, – она сделала, что я попросила. – Это чьё и откуда это у вас дома?
– Не знаю, – пожала плечами, несмотря на то что догадывалась, чей это пакетик. – Лилит, давай это останется между нами и никому об этом не скажем. А это содержимое выкинем в раковину и смоем, а пакет вымоем и выбросим.
– Давай, – согласилась девушка. Я приложила лёд к ноге и, хромая, пошла к раковине, чтобы осуществить наш план.
– Стойте! – из-за крика, мы с Лилит вздрогнули, повернувшись, увидели Севака, который стоял в дверях кухни.
– Не выбрасывайте, – глаза парня были красными, волосы потрепаны, похож он был на безумца. – Я вложил в него немало денег.
– Севак, успокойся… – произнесла Лилит, протягивая сзади мне телефон. Сразу поняв ход её мыслей, я незаметно начала набирать сообщение папе и дяде.
«Прошу, скорее приходите! Севак, он…»
– Ты что там делаешь?! – обратился он ко мне, и я вздрогнула от испуга. Быстро нажала «Отправить» и посмотрела на него.
– Н… ничего, – тихо произнесла я. Лилит быстро включила диктофон и положила телефон в карман джинс.
– Севак, а где ты это достал? И что это вообще?
– Это кокаин, пятнадцать граммов.
