– Она была армянка, но из Тбилиси. Там прошло все её детство и юность, там она училась и жила много лет у бабушки с дедушкой. А после их смерти покинула отчий дом и уехала в Ереван, где мы и познакомились с ней.
– А что случилось с её родителями?
– Они умерли в автокатастрофе, когда ей было пять лет, и воспитывали её бабушка с дедушкой. А этот дом по-прежнему стоит там и пустует.
– Откуда ты знаешь? – удивленно спрашиваю я.
– Я был там, когда тебе было десять, – я посмотрела на отца с удивлением, он не обращал внимания на мой взгляд и продолжал, – ключи от их дома лежат под столом у нас дома, где стоит фотография твоей матери.
Киваю головой, говоря: «понятно» и отворачиваюсь к окну. Оставшуюся дорогу мы проехали молча, и каждый из нас был погружен в свои мысли и думал о своем. Я переваривала всю полученную информацию и смотрела на сменяющиеся пейзажи за окном, которые знала наизусть. А папа вспоминал Майрик…
____
¹Молитва к Иисусу Христу: Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас.
²Шахаду – молитва, которую произносят во время принятия Ислама.
³Иман – знания по религии
9. Позор
– Религия Аллаха ясна и проста. Свет подобен дню, а мрак ночи.
– Однако осквернили её приверженцы нововведений из числа ашаритов, мурджиитов, шафаатчиков, и сделали из неё нечто математическое вычисление, – поддержала Хеду, Айлин. Мы сидели в гостиной и попивали черный, азербайджанский чай. Айлин с Хедой рассказывают о своей религии по моим просьбам. У меня появлялось все большее и большее желание узнать их религию. Она была для меня нечто новым, интересным и неизвестным. Больше всего мне нравилось одеяние в котором они были.
– А зачем вы покрываетесь? – поинтересовалась я у Хеды.
– Мы скрываем свою красоту от чужих глаз, чтобы подарить её своему единственному – мужу.
– Нам запрещено носить короткие одеяния, – продолжала Айлин, – показывать тело чужим мужчинам.
– А вы не считаете это, ущемлением ваших прав?
– Ущемлением прав? – Хеда засмеялась, схватившись за живот. Айлин улыбнулась.
– Нет, – начала Айлин. – это не ущемление наших прав, никак нет. Наоборот, хиджаб, паранджа – это очень красивый аксессуар для нас и лучше ходить покрытой, чем полуголой. Жаль, что об этом я поняла не так давно и, что поверив мужчине сняла одеяние… – Айлин загрустила вспомнив, что-то из прошлой жизни. Эта девушка по сей день является загадкой для меня. Я не спрашивала её о прошлом, почему она дошла до жизни «падшей женщины». «Захочет сама расскажет», – думала я, по этому поводу. Я не могу обьяснить, что повергло меня к этому, но просто произошло так. Просто появилось огромное, немыслимое желание произнести Шахаду и стать мусульманкой. Я очень много начала интересоваться этой религией, много читала и нашла много чего схожего со своей верой, но разница была в том, что Ислам был куда понятнее, я нашла в нем все ответы на вопросы, которые задавала отцу, священникам и ответа на которые не получала. И в один день, я все-таки сделала это… Это был обычный день, не отличающимся ничем от других. Но только разница была в том, что этот день полностью изменил мою жизнь. Повернул её на все триста шестьдесят градусов.
Проснувшись рано утром, я очень сильно захотела проснуться под звуки Азана,¹ несмотря на то, что никогда не слышала его и не знала его звуков. Но в моей голове после этого желания, магическим образом появилась очень приятная и потрясающая мелодия, которая согревала мое сердце и успокаивала душу. Потянувшись за телефоном, я увидела, что сейчас пять утра. Я откинула одеяло в сторону и встала.
– Я стаю? – придя в себя полностью после сна и осознав, что я не могу ходить, но сейчас я чудесным образом – упала.
Если секунду назад я стояла на своих двух – свободно и легко, то через пару минут они стали какими-то ватными и я перестала совершенно их чувствовать. Начинаю щипать, чесать, но ничего не чувствую.
«Может это сон?» – пронеслась мысль в голове.
– Ай! – запищала я и схватилась за рот – прикрывая его. Испугавшись, что разбужу папу с дядей. Начинаю бить по ноге – массируя её таким образом и понемногу начинаю чувствовать их.
– Господи… – чувствую абсолютно все прикосновения к ногам и боль. Облокачиваюсь на кровать и пытаюсь медленно встать. – Получилось… Неужели? – шокировано смотрю на свои ноги и не могу поверить, что стою. Делаю на месте пару шагов и шаги в сторону – все получается. Прыгаю на месте от счастья и вновь падаю. Устала. Привстаю опять, но на этот раз, чтобы лечь обратно – спать. Сердце радуется, душа окрылена и радость распирает меня полностью.
«А вдруг это сон все-таки сон? – вновь задумалась я. – Если это сон, то пусть он не кончается никогда». – С такими мыслями я заснула.
– Нарминэ, просыпайся.
Открываю глаза и вижу в комнате дядю. Он отодвигал шторы в сторону и распахивал окно.
– Сейчас, – говорю я и отодвигаю одеяло в сторону. – Дядя, знаешь, мне сегодня приснилось, что я встала на ноги.
Дядя удивленно смотрит на меня и зовут папу.
– Что случилось? – спрашивает папа, заходя в комнату. В его руке белое полотенце и он вытирает мокрые руки.
