– Товарищ подполковник, да это мы хотели ржавчину керосином убрать, да забыли вовремя его вылить из стволов и промыть, вот они за сутки и заржавели…
– Кунашев, а что огневую позицию занять, оборудовать и подготовить её к ведению огня вы тоже забыли? Идите, товарищ капитан, и руководите батареей, а о том что мы тут увидели будет доложено командиру полка. Идите и лично руководите «абортом» миномёта.
Пока мы шли к себе духи опять открыли огонь из миномётов и все мины легли в районе штаба – пристрелялись гады.
* * *
Сегодня, в 7 часов утра, в штаб пришёл полковник Кинякин, радостно оповестив всех офицеров, кто находился в штабе: он дозвонился до управления кадров округа и поделился свежими новостями по замене. В который раз удивляюсь нашему командованию – они нас что ли за дураков принимают?
Информация следующая: полк наш здесь уже не оставляют, а в пункте постоянной дислокации готовят нам на замену новый полк. Получают личный состав, технику с таким расчётом, чтобы этот полк был здесь 15 марта. Но это, конечно, ерунда. И расчёт здесь следующий – допустим, они сейчас будут получать личный состав – солдат и сержантов, это займёт недели две. Ну а офицеров и прапорщиков недели три, месяц – точно. Вот и получается 15 марта. Потом получение техники, а это ещё недели две-три. Вот уже 5 апреля. Две недели боевого слаживания, погрузка и следование сюда. Получается как минимум 5го мая. А ведь многие, непонятно по каким признакам, определили себе дату замены – 1го марта. Так что тяжёлое разочарование их ждёт.
В 8 часов утра мы уже были на КНП. Опять пасмурно и мрачно. Я было начал рисовать схему ориентиров, но она у меня не получилась и я распсиховался, еле потом успокоившись. Корректировщики на высотах начали пристреливать цели, а разведрота пошла вперёд брать высоту 825,4, мы её страховали снизу. Швабу заметил движение людей на одной из высот и я быстро подготовил данные и со второго залпа вторым дивизионом накрыл вершину, где было движение. Решили пристрелять поточнее, но началось скакание разрывов по склону – то вниз, то вверх. Еле сумели вывести обратно разрывы к вершине.
На КНП незаметно появился Дзигунов: – Борис Геннадьевич, баня готова. Сейчас пойдёте или потом?
Я давно не мылся, поэтому сразу же подошёл к командиру полка: – Товарищ полковник, разрешите на полчаса отлучиться на огневые позиции дивизионов. За меня останется командир дивизиона.
– Иди, Борис Геннадьевич, пока спокойно.
В полчаса не уложился, но через сорок пять минут посвежевший и в хорошем настроение прибыл на КНП и как по мановению волшебной палочки пошёл доклад с разведроты – занять высоту не смогли, поэтому закрепляются на соседней вершине.
На этом закончили и поехали в лагерь. Уже когда подъезжали к заводу, увидели, как в расположении ВВэшников, которые стояли чуть сбоку от цементного завода, упало три мины.
Только приехали в штаб, как позвонили от ВВэшников: в результате обстрела у них ранен один солдат, но звонили они по другому поводу. Без согласования с нами они услали в горы свою разведку и сейчас она сидит в ущелье недалеко от переднего края – как только они пытаются выйти из ущелья, так их сразу же обстреливает восьмая рота. Просят сообщить о их разведке пехоте третьего батальона.
Приехал из отпуска Саша Гандау: привёз мне пятьсот рублей на обратный путь. Только когда я поеду домой неизвестно.
* * *
В четыре часа утра меня разбудили и я по своему почину пошёл на дежурство в штаб. Накопилось много бумажных дел и дня мне не хватало, чтобы их разгрести. До 6 часов оформил новую рабочую карту начальника артиллерии, а в 7:40 открыл огонь по целям №12, 13, 14. Цель №14 прямо по центру нп. Улус-Керт. В 13 часов планируется мощный огневой налёт всей группировкой артиллерии по целям №002, 003, 004, где по данным разведки, южнее 1.5 километра Улус-Керта, находится лагерь боевиков. Вообще, согласно плана, мы жмём на боевиков с четырёх направлений: с южного направления – мы, 19 дивизия ВВ и другие части, с северного – со стороны Итум-Кале и через Шатой другая группировка, с запада через Селменхаузен – десантники и с востока другие части, но их я не знаю. Все группировки жмут и выдавливают боевиков в район Улус-Керта, чтобы там их перемолоть артиллерией и авиацией, а потом тщательно зачистить пехотой. Сегодня 19ая дивизия ВВ на правом берегу Аргуна решила отбить у боевиков нижнюю часть нп. Пионерский и выдавить духов ко входу в Аргунское ущелье.
Только что из штаба ушёл командир полка, ему РЭБовцы притащили радиоперехват боевиков, из которого выходит, что чеченцы спокойно чувствуют себя в Дуба-Юрте.
– Ну что ж, товарищ полковник, сейчас отдам распоряжение и проведём мощное огневое прочёсывание. Снарядов достаточно, так что спокойствия им не видать….
…… Громко хлопнула дверь и штаб вошёл особист Сан Саныч. Огляделся и направился прямо ко мне. Обстоятельно уселся напротив и спросил: – Борис Геннадьевич, тебе что-нибудь говорит фамилия Резван Ичигов? Он с Новых Атагов, командующий Южным фронтом против нашего полка.