Только зашёл в штаб, как мне оперативный дежурный протянул телефонную трубку. Звонил генерал Шпанагель и спрашивал по какой причине в дивизии болтаются старшие лейтенанты Вотчал, Банченко и Каюмов. Насчёт Каюмова особо не распространялся, а вот насчёт дезертиров-офицеров не стал скрывать ни обстоятельств, по которым данные офицеры самовольно убыли из полка, ни своё негативное мнение по этому вопросу. Генерал возмутился и пообещал разобраться с ними. В свою очередь генерал рассказал, что Семёнов тут ходит и всем рассказывает, как он был ранен в ноги и контужен чеченской миной. Я посмеялся в ответ над безудержной фантазией Константина Ивановича и ответил начальнику артиллерии округа, что если Семёнов и дальше будет нести этот бред, то мне придётся рассказать всю правду о его отъезде с полка.
….– Боря, – за мой стол после совещания сел Арзу Резванов, – пришёл к тебе за помощью.
– Чего случилось, Арзу? По моему, ты всегда справлялся сам со своими проблемами.
– Да тут дело касается, в том числе и твоих подчинённых.
– Ну, тогда давай рассказывай…
– Да я сам бы справился. Да есть в первой миномётной батареи замполитом капитан Гринёв…
– Так это твой подчинённый. Я то причём?
– Ну, мой то мой, но вдвоём мы его быстрее заломаем. Короче, у меня есть сведения, что данный капитан саботирует распоряжения как командира батальона, так и мои. Что-то крутит с продуктами, посылает солдат батарее мародёрничать в Дуба-Юрт. Ведёт себя независимо, и справиться с ним мы не можем.
– Арзу, если он себя ведёт независимо, значит не всё так просто, как ты рассказываешь. Ты сейчас высказал только свою точку зрения и мне вот так лезть и оказывать тебе помощь не понятно в чём не с руки. Вот у тебя есть объяснительные бойцов, которых он посылает в Дуба-Юрт? Вот видишь нет. Нет, наверно, и бумаг подтверждающих, что он крутит продуктами? А кстати, какие продукты? Ведь батарея питается с батальонного ПХД.
– Ну, Боря, есть данные…., – Арзу заёрзал на табуретке.
– Арзу, давай так: ты собираешь конкретные данные, подтверждённые хорошими бумагами. Я со своей стороны тоже попытаюсь влезть в обстановку в батарее. Мне тоже не совсем нравится, что там происходит после уезда Мустаева. И тогда, если всё это подтвердится, то вытащим его на аттестационную комиссию и с позором отправим в Екатеринбург. Думаю, что так будет правильней.
* * *
Позавчера (26.02.) на совещании было принято решение, о том чтобы силами 1ой мср и разведывательной роты прочесать весь Дуба-Юрт и выйти на южную окраину селения и закрепиться около моста через реку Шароаргун. А вчера (27.02.) в 10 часов утра первая рота и разведчики развернулись в цепь и начали прочёсывание села. В течение часа всё шло нормально, но потом пришло сообщение, что один военнослужащий нарвался на растяжку: обстоятельства и степень ранения пока неизвестны. С разведчиками корректировщиком шёл Кравченко и после сообщения о раненом, тоже вышел на связь и попросил прислать к нему ПРП. Перед прочёсыванием я как всегда поставил ему задачу по поиску продуктов, особенно солёных помидор – очень уж хочется солёного и домашнего. Послал ему ПРП с Гутником и солдатами.
Отослав Гутника, я задумался над обстановкой в первой миномётной батареи, куда перед началом прочёсывания прошёлся на огневые позиции батарее. Офицеры батареи после разговора со мной недвусмысленно послали меня на хер. Хорошо, что я сдержался, но осадок остался неприятный. Какое то решение надо по офицерам принимать.
…. Командиры взводов батареи угрюмо стояли напротив меня, самого замполита не было, он находился в штабе полка у замполита, решая свои проблемы. Над землёй стелился густой и влажный туман, внося в наш предстоящий разговор дополнительную напряжённость.
Пытаясь разрядит напряжённость, я начал с шутливого замечания: – Чего носы повесили? Не часто к вам начальник артиллерии приходит, так вы его с радостью должны встречать…
– А с чего веселиться? – Шутливого тона офицеры не приняли и первым «завёлся» СОБ. – Вы что наши проблемы решите?
–Так я и пришёл ваши проблемы решать. Вот выслушаю и будем решать. Так уж получилось, но вас я как-то упустил из виду, больше времени уделял третьей миномётной батарее, где действительно были серьёзные проблемы. А у вас, считаю, помощник командира батальона по артиллерии на своём месте, не то что капитан Кунашев. Батарея в хорошем техническом состояние, огневые задачи, которые вам ставятся – выполняются. Поэтому и не совался. Но до меня дошли определённые сведения, которые не красят одного из вас. Вот и хотел бы спросить – Какого вы мнения о капитане Гринёве?