Церковь, которая не любит парадоксы, склонна уклоняться или в одном направлении, или в другом, что обычно приводит к катастрофическим последствиям. Почитайте труды богословов первых веков, которые пытались постичь Иисуса, центр своей веры, Который каким-то образом был полностью Богом и полностью человеком. Почитайте также богословов Реформации, которые обнаружили, насколько грандиозные следствия вытекают из Божьего всемогущества, а затем боролись за то, чтобы их последователи не впали в безропотный фатализм.
Первые будут последними. Обретете душу, потеряв ее. Никакие достижения без любви не имеют смысла. Совершайте свое спасение в страхе и трепете, потому что Бог действует в вас. Божье Царство пришло, но не в полноте. Входите в Царство Небесное, как дети. Больший из всех — тот, кто всем служит. Измеряйте свое достоинство не по тому, что о вас думают другие, а по тому, что вы думаете о них. Там, где умножается грех, преизобилует благодать. Мы спасены только по вере, но без дел вера мертва. Все эти фундаментальные жизненные принципы раскрыты в Новом Завете, и ни один из них нельзя с легкостью свести к логической согласованности.
«Истина — не посередине, и не в одной из крайностей, а сразу в обеих крайностях», — отметил британский пастор Чарльз Симеон. И, пусть неохотно, но я вынужден с ним согласиться.
В моем представлении, духовная жизнь — это некая способность, встроенная в человеческую личность, которая, однако, может развиваться только через взаимоотношения с Богом. «Я призываю Тебя в свою душу, — сказал Августин, — которую Ты приготовил принимать, вдохнув в нее желание». Хотя мы все обладаем такой способностью, наше духовное желание остается неудовлетворенным до тех пор, пока мы не установим связь и не начнем упражняться в духовной «переписке». С этой точки зрения поразительный образ рождения свыше, представленный Иисусом, становится совершенно логичным. Обращение (процесс установки связи с духовной реальностью) пробуждает потенциал совершенно новой жизни. И, как Божьи дети, мы становимся теми, кем мы есть, через взаимоотношения с Богом и Его народом.
Я думаю об одном человеке, повлиявшем на мою христианскую жизнь больше, чем кто-либо другой: о хирурге-миссионере Поле Бренде. За пятнадцать лет мы написали в соавторстве три книги. Я сопровождал его в поездках в Индию и Англию, где мы вместе прослеживали главные события его жизни. Я провел сотни часов, расспрашивая его об интересных случаях из медицинской практики, его жизни и отношений с Богом. Я брал интервью у его бывших пациентов, коллег, родственников и медсестер, помогавших ему во время операций. Доктор Бренд был добрым и великим человеком, и я бесконечно благодарен Богу за то время, которое мы провели вместе. На том этапе моего духовного развития, когда у меня не было достаточно уверенности, чтобы писать о собственной вере, я абсолютно уверенно описывал его веру.
Благодаря своим взаимоотношениям с доктором Брендом, я изменился. Сегодня я смотрю на вопросы справедливости, образа жизни и денег преимущественно его глазами. Я по-другому воспринимаю окружающую среду. Я увидел в совершенно ином свете человеческое тело и особенно — боль. Мои взаимоотношения с доктором Брендом оказали на меня глубокое, сущностное, внутреннее влияние. При этом, оглядываясь назад, я не могу вспомнить ни одного случая, когда он пытался изменить меня путем манипуляций. Я менялся добровольно, с радостью, когда мой мир и мое «я» сталкивалось с его миром и его личностью.
Я уверен, что нечто подобное происходит и в отношениях с Богом. Я становлюсь тем, кто я есть, как христианин, через взаимоотношения с Богом. Загадочным и зачастую необъяснимым (однако, никогда — насильственным или манипуляционным) образом я постепенно меняюсь, благодаря своей связи с Богом.
Когда я, как начинающий журналист, работал в журнале «Студенческая жизнь», у моей помощницы на столе стояла табличка с двустишием:
Одна лишь жизнь, и скоро завершится.
Лишь то, что для Христа, навеки сохранится.
Каждый раз, бросая взгляд на табличку, я внутренне съеживался. Хотя я и не сомневался в ее истинности, как я мог осуществить это на практике? Я менял масло в машине, смотрел по телевизору матчи «Chicago Bears», рассказывал коллегам анекдоты во время перерыва за кофе, планировал пикники на озере Мичиган, размечал рукописи наборными кодами… Совершал ли я эти дела для Христа? Каким образом моя вера в невидимый мир должна повлиять на повседневную жизнь в мире видимом?
