Мои размышления совершенно не касались того, что происходило под небольшим искусственным шатром в самом центре заставы, куда, в конечном итоге, направились милорд, я, сэр Гаа Рон, пара его инженеров и их начальник сэр Ли Ан Ри. Но милорд принял задумчивость на моем лице за усиленное размышление над дилеммой, стоявшей перед всеми присутствующими, — сносить башню и строить ее заново, или укрепить фундамент, сэкономив кучу денег.
Его вопрос был совершенно неожиданным и прервал нить моих рассуждений, одновременно ввергнув меня в замешательство, которое еле удалось скрыть от присутствующих, но не от милорда.
— Что вы думаете по этому поводу, миледи? Предпочитаете понести финансовые затраты и построить новую и хорошо укрепленную башню, или сделаем попытку устранить имеющийся дефект, приняв предложение сэра Ли Ана? — Он умышленно сократил имя Ли Ана Ри, копируя мою манеру сокращения имен, и для тех, кто близко знал милорда, стало очевидным, какой выбор предпочел бы Магистр.
Я попыталась осмыслить все, что здесь говорилось, и за недолгую минуту, которая лично мне показалась еще более краткой, нежели состоящей из шестидесяти секунд, выдала как можно более нейтральный ответ:
— К вопросу об обороне, милорд. В любой линии обороны есть уязвимые места. На мой взгляд, опытный военачальник реализует способы их устранения, а не способы уменьшения их уязвимости. Однако есть крепости, совершенно не предназначенные для длительной обороны. Какой смысл тратить огромные финансы на укрепление одной из стен такой крепости, предназначенной лишь для временного размещения войск?
Милорд улыбнулся мне одними глазами и одобрительно кивнул в ответ, а затем поставил точку в затянувшейся дискуссии:
— Думаю, мы примем предложение сэра Ли Ана Ри и поручим ему лично проследить за всеми строительными работами.
На этом небольшое совещание завершилось, и меня наконец-то избавили от роли подставки для бумаг. Когда все разошлись, милорд присел на небольшой деревянный стул, жестом приглашая меня последовать его примеру. Он явно устал, но не желал, чтобы это видели его подчиненные.
— Ты права, Лиина. Северная застава не предназначена для длительной осады. Хорошо укрепленный военный объект — да, но слишком уязвимый, чтобы стать неприступной крепостью. У меня достаточно городов, чьи стены толще и выше и способны выдержать длительную осаду. Они нуждаются в финансах намного больше. А еще они нуждаются в умных правителях, достаточно мудрых, чтобы обеспечить их жизнь и развитие.
Он сделал долгую паузу, во время которой оценивающе смотрел на меня, словно покупатель на приглянувшуюся вещицу, и продолжил:
— Я доверил сэру Гаа Рону город Дрэа и ничуть не сожалею о своем решении. Ты видела город и знаешь, сколько сделано им и сколько предстоит еще сделать. Но Гаа Рон не только правитель города. Его ум и талант полководца необходимы мне здесь. Сэр Гаа Рон нуждается в помощнике, как нуждается в нем и Город Теней. Я хочу подарить этот город тебе, Лиина. Назначить тебя соправителем, обладающим равными с Гаа Роном полномочиями. Ты будешь управлять жизнью города в отсутствие сэра Гаа Рона, и помогать ему в решении возникающих проблем.
Я вдруг поняла, какую новость имел в виду Анжей, отказавшийся отвечать на мои вопросы. Милорд сообщил о ней лично, и моя реакция была абсолютно предсказуемой — меня эта новость нисколько не обрадовала. Напротив, она усилила не только мой страх, но и резко повысило мое давление. Горячая волна прошлась по всему лицу, а мои виски заломило от боли. Я медленно проглотила свой страх, гнев, горечь и черт знает что еще прежде, чем они выплеснулись в одном отчаянном крике: «Нет! Только не это!». Я совершенно не представляла себе, как буду объяснять свой отказ милорду, как не представляла себе и саму возможность отказа. Слишком хорошо я помнила условия нашей сделки относительно моей безопасности.
При данных обстоятельствах милорд обеспечивал мне абсолютную неприкосновенность, обоснованно полагая, что Город Теней — намного более безопасное место, как для меня, так и для его собственной чести. В конце концов, никто из нас уже не мог игнорировать тот факт, что с каждым днем становится все труднее относиться друг к другу, как к деловому партнеру. Мы заключили сделку, но границы наших отношений оставались нечеткими и размытыми. Если даже я предпринимала определенные усилия, чтобы не перейти эти условные границы, то какие же усилия, черт возьми, предпринимал милорд?! И о чем интересно он подумает, если я заявлю, что не желаю с ним расставаться?
Нарастающая головная боль подействовала на меня раздражающе. Никогда прежде она не посещала меня так часто, как в этом мире, и никогда не была столь настырной, абсолютно не желающей покидать меня, несмотря на все лекарства и усилия.
