Это была большая кухня, не комната, оборудованная кухней, нет, отдельное кухонное помещение. Я узнал это место, ведь это была кухня ресторана за гостиницей. «Так вот оно что. Странно, не заметил я эту дверь тогда…» — невпопад подумал я, но сразу вернулся к анализу ситуации. Кухня была открыта, одна из стен была полуразваленная и в процессе восстановления, но следов присутствия кого-либо, тут не было. Хауз жестом указал мне идти направо, и сам двинулся следом. Помещение было достаточно большим, чтобы по нему можно было прямо пройтись, примерно с три обычных комнаты. Мы двигались вдоль деревянного стола к другой рабочей поверхности. Хауз заглянул под него, а я с большой опасностью открыл створки навесного шкафа. «Ничего, абсолютно ничего. Оно с нами играет?» — кажется Хауза такая игра тоже не впечатлила. Он дернул меня за плащ, подзывая на диалог. «Нужно призвать его» — шепнул он мне. Я понял, что он имеет ввиду, но предполагал «призыв» в какой-то момент, когда мы будем к этому готовы. Однако Хауз, в своей манере, как только понял, что я не возражаю, толкнул миску на пол и та разбилась в дребезги, оглушая нас обоих громким звуком, к которому наши уши были не готовы. Я непонимающе посмотрел на Хауза, тот лишь махнул рукой и повернулся спиной ко мне, наблюдая за входом.
Секунда, другая и еще одна — ничего. Хауз выдохнул, выпрямил спину и повернулся ко мне со словами: «Оно сбежало». И, о да, в это можно было поверить, но мне представилась совершенно иная картина!
— Хауз! — крикнул я, в тот момент, как сформировавшаяся женская фигура ударила его топором.
На удивление, тот не закричал, по крайней мере от боли.
— Ты хоть знаешь, как это неприлично! — сказал он и схватил рукоять своего топора. — Атаковать в спину! — и вырвав лезвие из собственного плеча резким разворотом ударил кошмару в лицо рукой, отчего то будто бы взорвалось. Кошмар попытался вернуть полученную энергию снова атаковав, но врезавшись в металлический щит, его рука отскочила, и кошмар попятился назад. Хауз снял импровизированный щит и бросил его во врага словно сюрикен, и тот воткнулся в расплывшееся лицо и кошмар упал.
Показавшийся из-под щитка кулак Хауза дымился. «Что это было?» — подумал я, но быстро перешел к действию.
— Уходим!
— Да куда это ты уже собрался?! — сказал Хауз выхватывая у меня картину. — Эта скотина только что перешла в форму, где ее можно убить! — и одним движением вдарил ей по заслонке, вбивая ее в голову существа. Оно завыло странным тоном: смешанным женским криком и дьявольском зовом. Хауз сунул руку в нагрудный карман и достал лист Эго. Положив кусочек в разрез, тот прижал плечо, и спустя пару секунд дрожания, снова взялся за картину. Мне оставалось лишь наблюдать за тем, как Париций хладнокровно расправляется с Римой. Он взял топор, откинув картину в сторону и с высокого размаха ударил так, что кажется даже камень под ногами затрещал.
— Стой!
Хауз продолжал рубить ее.
— Остановись! А что, если!..
— Не будь Аратой, Кон! — еще удар. — Ты видел, как оно слилось с ней? — и еще один. — Ты думаешь мы сможем вытащить ее? — и снова.
«Почему мы не можем ничего сделать? Почему люди обречены погибать в этом аду? Кому это надо? Какой безумец мог такое устроить?» — каждый удар топора отбивался в голове вопросами.
Я бросился на Хауза, беря его сзади под руки.
«Почему я вспомнил это лишь сейчас?»
— Придурок, что ты делаешь?!
«Первый раз вспомнил эту часть разговора!»
— Спасаю Риму!
— Как ты ее спасешь, идиот?!!
Хауз был очевидно сильнее меня, мы уже успели это выяснить. Он ударил меня головой и попытался вырваться, что успешно сделал. Но я снова вцепился в него… Не знаю, что двигало мной в тот момент. Я просто знал. Знал, что ее еще можно спасти. Есть какой-то вариант…
Хауз вывернул руку, поддал мне в челюсть, отчего та громко хрустнула. Я потерял ориентацию, после чего последовал пинок, окончательно отправивший меня в нокаут…
