У Танарта был большой дом в северо-восточной части города, его фасад чуть выступал из огромного сталагмита. Прежде чем мы добрались до дверей, нам пришлось взбираться по многочисленным лесенкам, что могли даже пересекаться друг с другом, с перилами, украшенными золотистыми и голубыми магическими огоньками. За ними мы увидели… Фердиса, он уже умылся, скинув с себя старый кевей, что он носил на тренировки, представ перед нами в совершенно неожиданном для меня обличье — в золотистой тунике, одетой поверх широких черных штанов. Он был подпоясан черным поясом и даже расчесал свои волосы, что случалось с ним редко.
Внутри было очень чисто, дом не казался таким большим, как снаружи, уютные маленькие комнаты были идеально круглой формы в темно синих тонах. Мебель с расписанными на ней голубыми узорами и золотистыми росчерками, также была очень красивой, идеально вписывающейся в волшебное очарование атмосферы комнат. Под потолком плясали несколько осветительных огоньков. Некоторые комнаты как бы находились одна в другой, образуя коридоры, ведущие в другие помещения.
Когда мы с Мэльиром также умылись и вошли в круглую залу, где и проходила трапеза, поначалу на меня не обратили особо пристального внимания. Низкий круглый стол располагался как раз по центру комнаты. На его идеально гладкой поверхности был красивый спиральный узор с множеством завитков, и стояли чаши с фруктами и кувшины с их любимым золотистым напитком. Вокруг стола были разложены подушки, и с десяток эльфов удобно расположившись на них, вполголоса разговаривали друг с другом, обсуждая что-то на своем языке. Несколько взглядов недоуменно изучали меня и не без интереса. Это была семья Мэльира и при виде холодных лиц эльфов, мне сразу захотелось извиниться и уйти. Но было уже слишком поздно.
И когда Мэльир подвел меня к столу и усадил рядом с собой, все взгляды были обращены на нас. Я тихо поздоровалась на эльфийском, еле ворочая онемевшим языком, и покраснела от смущения.
После недолгого, но напряженного молчания, один из эльфов, сидящий напротив меня, резко отставил свою чашу и попытался подняться.
— А ну вернись на место! — рявкнул Мэльир так, что от его громового голоса у меня заложило уши.
С открытым ртом эльф так и сел обратно, остальные даже не предпринимали попыток уйти и вообще что-то возразить ему.
— Это Марта, одна из телендиров. Я прошу относиться к ней с должным уважением.
Фердис, внезапно оказавшийся за моей спиной, заботливо налил мне немного золотистого тэля в бокал. Два нандира справа от меня переглянулись и нахмурились.
Лишь Танарт был невозмутим, он вел себя так, будто ничего особенного не случилось, и его племянник следовал его примеру. Лишь когда я поднесла кубок к губам, чтобы отведать чудесного напитка, он как бы невзначай взял чашу из моих рук и тут же осушил ее до дна.
— Налейте ей лучше сока даэли, — крикнул он рабам.
Затем оружейник поочередно представил мне всех членов своей семьи, они лишь молча кивали мне, только его молоденькая сестра Миеливи поздоровавшись, улыбнулась, сияя своими нежно голубыми глазами.
Справа от меня сидели два его брата, Иледар единственный жрец в семье и один из сильнейших, и самый старший Тиариль, нандир. Далее располагались его сестра и мать, похожие как две капли воды и юные, как утренняя заря, первая, кажется, училась в семинарии, вторая была волшебницей. Остальные трое приходились ему племянниками и все уже были данаари, за исключением самого юного Фердиса. Единственная племянница и жена его старшего брата сейчас находились в Ореноре, где жили все жрецы и маги, проходя обучение или наоборот наставляя своих воспитанников. Жены и детей у Танарта не было. Его отец и глава семьи Тэнгольфин был могучим тауроном и охранял самого эльфийского Короля.
Трапеза проходила слегка напряженно, меня старались вообще не замечать. Несколько рабынь носили различные кушанья, эльфы если почти молча, только племянники Мэльира о чем-то шушукались, игнорируя суровые взгляды своего отца. Но вот тарелки начали отставляться, и семейство стало потихоньку беседовать друг с другом, все разговоры крутились в основном вокруг свадьбы принца. Алвар и его невеста, оказывается, уже надели свадебные браслеты, которые они будут носить в знак своей помолвки. Они замыкались на запястьях так, что снять или открыть их было невозможно. Но один вопрос Миеливи все же чуть оживил меня, правда, ненадолго:
— А Его Высочество до сих пор не позволил своей невесте прикоснуться к своим волосам? — но ответом эльфийке были только укоризненные взгляды. Такое обычно не обсуждалось открыто.
