Мы бодренько добежали до какой-то кареты, человек в длинном сюртуке распахнул дверку перед своим начальство, ректор залез внутрь, и я недолго думая запрыгнула следом. Человек в сюртуке удивлённо уставился внутрь кареты на меня. У него на лице было прямо написано — а это ещё что? Но ректор его успокоил. Указав на меня, он пояснил:
— Наша новая адептка. Поторапливайся нам ещё кое-куда заехать нужно.
Тот пару раз моргнул и закрыл дверь кареты. Мы покатили. Тут-то меня и осенило:
— Я же это! Не заплатила эту — как её там?
— Забудь, это не суть важно.
Ошарашил меня ректор. Я хотела ещё чуть-чуть поболтать с начальством, но не смогла сходу придумать как начать разговор. Вообще-то, по жизни я довольно легко справляюсь с такими вот ситуациями, но конкретно этот человек выбивал меня из привычной колеи и разговор не клеился. Но тут он сам меня спросил:
— И как часто ты вот так пугаешь магией людей?
— Че-че чего?
Придушенно прочирикала я в ответ на наезд ректора.
— Какой такой магии? Не было ничего подобного. Я не видела это точно, и не делала. Да и сделать не могла, потому что не знаю, как надо? Мамой клянусь!
Ошарашенно вытаращила я глаза, и постаралась откреститься от всех наветов, а то мало ли что, тем более, что сказала правду. Нет, если уж говорить по совести мне действительно показалось странным, что эта парочка таможенников глядя на меня постарались слиться со стенкой, не такая уж я и страшная. А магия? Когда месяц назад зашибла монстра спецэффекты были, ну там вспышка, ощущения неприятные и всё такое, тут же ничего такого, только раздражение, помноженное на усталость и озноб.
Ректор выглядел спокойным и бесстрастным, внушительно впечатляющим как танк. И голос у него был таким же, с нотками терпения и немного монотонный как у большинства профессиональных лекторов.
— Ты ничего не поняла да? Ну это бывает у юных неофитов особенно у эмоциональных неопытных юных девушек. Придётся тебе серьёзно работать над самоконтролем. Будет не легко, если ты даже не заметила собственную магию. Это может быть, как положительным моментом — если магия для тебя настолько естественна, что для её призыва ты не нуждаешься в осознанных действиях. А вот если ты свою силу в принципе контролировать не сможешь, то и сделать с её помощью тоже ничего не сможешь. Правильно сделать я имею в виду и это не сулит тебе ничего хорошего. Но пока говорить об этом слишком рано. Расскажи лучше мне, что с тобой случилось. Начни с происшествия с чёрным жрецом.
Я заволновалась, ведь я не знала, что предшествовало моменту моего пробуждения на том жертвеннике. Так что начала я рассказ как сказку.
— Жили-были, день прекрасный, собрались с подругами мы в лес.
Тут я запнулась, пытаясь вспомнить имена тех девушек, мне их называли, но я как-то не особо их запомнила. Плюнула на это дело и пошла дальше.
— Как в лес вошли помню, а вот дальше нет, очнулась — лежу голая, на каком-то камне, а рядом мёртвые подружки, тоже того — лежат, костёр до неба полыхает и этот неопрятный тип в рванье чего-то горланит.
Ну а дальше я уже с удовольствием резала правду матку, стараясь обтекаемо описывать некоторые моменты, например, почему не говорила, или что именно забыла ну и всё остальное в том же духе. Очень помогало то, что меня не прерывали и вопросов не задавали. Товарищ ректор откинулся на мягком сидении на против меня и полу прикрыв веки внимательно слушал. Меня немного смущало отсутствия с его стороны хоть какой-нибудь реакции, но я мужественно боролась с желанием что-то доказывать или оправдываться. Знаю, что в психологии есть такой способ выявить ложь, если сейчас заюлить или занервничать, то всё — сама запутаюсь в своих словах. Так что изложив свои злоключения я уставилась в окошко с отрешённым видом, делая вид что переживаю неприятные события прошлого заново. Но тут поймала себя на том, что косу свою переплетаю. Вот блин, и когда только я начала это делать?
Ректор молчал. Я заплела косу и оставила её в покое. Решая про себя, стоит теперь мне поинтересоваться чем-нибудь или это будет неправильно. Будь мы на Земле матушке, то да обязательно так и сделала, но здесь. Не знаю? Но тут отмер ректор.
— А что с нападением вригов на твоё селение.
— Деревню.
На автомате поправила я его. И опять чертыхнулась. Ну чего опять из меня лезет-то? Но начала и эту часть повести. Тут было реально проще, так что рассказ был и более детальным и занял значительную часть времени полтора часа минимум. А потом я ему ещё рассказала и про смерть вдовы и о том, как слегла после всего этого. Ректор по-прежнему слушал и не задавал уточняющих вопросов, а затем резко сменил тему.
— Читать ты умеешь судя по всему?
