Насколько мы поняли, неизвестный маньяк гладил девушку по груди несколько минут, затем хлопнула уличная дверь и неподалеку раздались женские голоса. Женя от ужаса онемела, она не могла не то что позвать на помощь, но боялась даже пошевелиться. Но мужик лениво оглянулся, прижал девушку за плечи к стене и с ухмылкой произнес, даже не особо понижая голос:
– Ничего, сладенькая моя, сегодня не вышло, завтра встретимся. А вот телефончик мне отдай, а то знаю я вас, таких красивых. Мигом вертухаев позовешь.
Он еще раз провел руками по ее телу, обнаружив в кармашке плаща мобильник, вытащил его, аккуратно положил на каменный пол и от души треснул сверху ботинком, разминая по полу, словно куриное яйцо. Потоптался немного на разкуроченном аппаратике, снова ухмыльнулся, обдав девушку вонючим дыханием, потом попятился назад и словно слился со стенами темного подъезда. Женя даже не поняла, когда он вышел из дома. Она в шоке постояла несколько секунд, потом по лестнице добежала до своего четвертого этажа, забаррикадировалась в квартире и с домашнего телефона вызвала полицию.
Выслушав сбивчивый рассказ и, насколько возможно, уточнив детали, мы замолчали, растерянно переглядываясь. А девушка внезапно взмолилась:
– Алена Петровна, миленькая, разрешите мне у вас пока пожить! Я боюсь домой возвращаться. В полиции заявление приняли, но… за нанесение материального ущерба! – она снова зарыдала. – Пре-пред-ставляете, материального! Будто другого он и не нанес А я думала, от страха помру там на месте. Что сердце не выдержит. Он меня задушить мог.. и много чего еще… Они сказали, что будут ловить хулигана… но они всегда так говорят! Где они будут его ловить? Я просила ко мне наблюдателя приставить, так разве что в лицо мне не заржали. И даже мобильника у меня теперь нет, если увижу где урода, я ж в полицию даже позвонить не смогу! А новый телефончик дорогой, на него еще заработать надо. Я уговорила патрульных меня до вашего дома довезти, я боялась даже на автобусе сюда ехать! Пожалуйста, мне даже выходные не нужны! Можно у вас остаться?
– Ты надолго собираешься ко мне переселиться? – Алена нажмурилась.
– Пока его не поймают!
– То есть навсегда.– усмехнулась уже пришедшая в себя хозяйка. – И где же ты будешь у нас жить, милочка? В спальне Андрея?
По ее вкрадчивому голосу любой бы заподозрил неладное, но Женя даже внимания не обратила на подколку.
– Алена Петровна, так комната Вадика пока свободна, я ее пока займу! Мне ничего больше не надо! Я в его кроватке спать буду… ой ,простите… но она же правда пока не занята. – она судорожно всхлипнула и виновато поглядела на банкиршу.
– Ладно, иди устраивайся. – вздохнула Алена.
Девушка вскочила и побежала в небольшую комнатку на первом этаже, где мы только недавно двигали с места на место книжные шкафы и красивую детскую кроватку в виде ярко-синей деревянной машинки на колесах. Дождавшись, пока она закроет за собой дверь, Алена растерянно спросила:
– Как думаете, она правду говорит? На нее в самом деле кто-то напал?
Мы молчали, потом Половцев заговорил, и я даже поразилась – никогда еще не слышала у него такого неуверенного тона:
– Впервые в моей практике такое, а я пятнадцать лет опером работал. Если уж насильник зажал в углу девушку, то он делает свое дело, и плевать ему на все. А тут и девушка от ужаса дар речи потеряла, и ничего ему не грозило… а он остановился. Не припомню такого. И даже мобильник не украл, а на месте уничтожил. А с другой стороны – зачем ей врать?
– Вдруг для того, чтобы переселиться к Тихомировым? – предположила я. – Тогда она своего добилась.
– Тогда добилась. – согласился Саша. – И что теперь? Алена, может быть, мы с Полиной тоже тут поживем, для верности?
– И где я вас поселю? – офигела хозяйка. – В детской комнатке вместе с Женей? Или в своей спальне? Комнат для гостей мы принципиально не делали, а то от родственничков из Зажопинска матрасом бы не отмахались. Да и зачем вам у меня жить? Женя тут целыми днями тусуется, что-то вы о моей безопасности все это время не особо пеклись. Что изменится, если она тут переночует? Думаете, зарежет меня во сне?
Половцев задумчиво покачал головой. Уверена, он и сам не понимал, есть ли основания для беспокойства.
– Да, кстати о родственниках. – я не была вполне уверена, что момент подходящий, но когда еще будет другой. – А что с твоей матерью?
– А что с ней? – удивилась Алена.
– Ну, ты с ней когда виделась?
– Даже не помню. – она немного нахмурилась. – Года два назад, думаю, или, может, год. А что?
– И она тебе не звонила после похищения сына? Это ж ее родной внук!
– Да звонила, конечно. – она досадливо махнула рукой. – Сто звонков от нее было, пока не заблокировала. Я в истерике билась, а эта… хотела подробности узнать, любопытство, понимаешь ли, замучило!
Я в диком удивлении смотрела на Алену. Почему она так думает о матери?
– Но она, наверное, тоже переживала… почему из любопытства?