– Секретарша – то что тебе сделала? – обращаюсь я к матери.
– Не нравится она мне, идиотка какая-то.
– Нормальная она – защищаю я свою секретаршу.
Даа, она единственная девушка, которая не лезла ко мне в штаны, и ни разу я не увидел в её глазах проявление интереса. Меня это вполне устраивало.
– Где нормальная? В постели? – мать убирает зеркало в сумочку.
Спорить с ней не имеет смысла. Только зря нервы себе рвать.
– Ты, кажется, на встречу спешила – напоминаю матери.
– А, да – она снова смотрит на меня – но ты не подумай над тем, что я тебе предложила….
… Домой я попадаю только под утро и просто валюсь от усталости. Если учитывать, что в прошлую ночь я не спал, то сейчас должен был свалиться на пороге.
Но мне очень хочется посмотреть на Катину мастерскую. Я думаю, это не займет много времени.
Я звоню своей домработнице и узнаю, где находится нужная мне комната.
Пока я иду до нее, анализирую результаты сегодняшнего поиска. Вернее, отсутствие результатов.
Нигде нет ни следа Кати. Ни одной зацепки.
Ну кто мог так умело спрятать мою жену?
Я открываю дверь в Катин кабинет, включаю свет и замираю.
Я уже говорил, что не любитель живописи, но это….
ЕЕ картины настолько реалистичны, что, кажется, достаточно легкого ветра для того, чтобы все они пришли в движение. Еще чуть-чуть и осенние листья полетят с дерева, а подол тонкого летнего платья у молодой девушки взлетит вверх. И бабочки, целый луг разнообразных бабочек вспорхнет ввысь, стоит только подойти к ним и потревожить их покой.
Я смотрел на всю эту красоту и начинал восхищаться талантом своей жены. Думаю, ничего подобного я никогда не видел.
Я подходил к каждой картине и внимательно рассматривал каждую. Интересно, о чем думала Катя, когда рисовала эту грустную девушку, стоящую на берегу утеса и смотрящую вдаль?
Я прохожу дальше и задеваю ногой что-то большое.
Что-то, завернутое в белое полотно.
Я разворачиваю ткань и поднимаю картину поближе к свету.
И как будто что-то сдерживающее меня, лопается. Как будто я окончательно отпускаю всю свою злость и обиду на свою жену, оставляя в душе только сожаление и еще какое-то чувство. Не поддающееся пониманию.
На картине изображена Катя. Полностью обнаженная. Она лежит, задрав голову вверх и слегка приоткрыв рот. Она стонет, Да, она определенно стонет. Потому что сверху, опираясь только на руки, лежу я. Такой же голый, как и она.
Ее руки прижаты к моей покрытой капельками пота шее. А я, там, на картине, смотрю в её прекрасное лицо, потому что вижу, что она уже на грани. Еще чуть-чуть, и она испытает оргазм.
И меня просто поражает реалистичность этого шедевра. Кажется, что стоит мне еще раз двинуть бедрами, и Катя разлетится на осколки. Она закричит. Да, она будет охрипшим от возбуждения голосом кричать мое имя.
Но самое удивительное в этой картине то, как жена нарисовала меня. Так, как будто она годами изучала мое тело. Каждая моя родинка, каждый мускул Катя отразила до такой степени правильно, что я удивляюсь, когда она ТАК успела меня разглядеть? КАК у нее получилось изобразить меня таким – великолепным, любящим её, и счастливым от того, что я обладаю ей.
Я понимаю, что моя Катюша писала эту картину не руками. Она писала её сердцем.
И в этот момент я осознаю, что никто и никогда не видел меня таким. Все всегда ждали от меня чего-то – денег, побед, успеха.
А она, она просто любила меня. Не прося ничего взамен. Даже мой скверный характер не оттолкнул её.
И только сейчас я начинаю понимать, что ТАКУЮ женщину я просто не смогу отпустить.
Я читал дневник, и, наверно, впервые, видел весь наш брак Катиными глазами. Можно сказать, я ощущал её боль и злость, когда сам же делал ей больно.
А ей все также снились сны. О нас. И жена описывала их так откровенно, так страстно, что мне... мне хотелось попробовать. Попробовать то, о чем писала Катя.
И эта картина. Я мечтал повесить её над своей кроватью, но... не хотел, чтобы кто-то видел нас. Не стыдился, нет. Просто это настолько личное, интимное. Это только между нами. Это то, что могло бы получиться из нашего брака, если бы не мой идиотизм.
И еще, я не знал, как отреагирует на это Катя, когда вернется. Ведь я вторгся в её личное пространство. Теперь я знал её ТАК близко, как никто из её окружения. Я, можно сказать, наконец-то, слился с ней, стал частью её жизни.
"16.10.17
Сегодня важный день. Для меня. Наверно, больше никто не вспомнит об этом. Сегодня не день моего рождения. Нет.
Сегодня полгода со дня нашей свадьбы. И я... купила для Димы подарок. Нет, это даже не подарок. Это... то, о чем я, как жена, должна была позаботиться давно.
Я заметила, что у Димы нет крестика. Широкая, массивная цепочка есть, а крестика нет. Эта мысль давно не дает мне покоя. Я сама, сколько себя помню, ношу его. И вроде бы так мне спокойнее. Нет, я не сильно верующий человек – не хожу в Церковь, не соблюдаю пост, не придерживаюсь всех заповедей. Например, возлюби ближнего, как самого себя!
