И своим пусть не очень опытным умом, но понимаю – сейчас, в этот самый момент он тоже меня хочет.
ХОЧЕТ!
– Да! – отвечаю я на его вопрос.
– Что да? – Дима надвигается на меня, заставляя отступать к стене.
– ХОЧУ! – бросаю ему вызов.
– Что хочешь? – муж кладет свои руки мне на талию, сильнее вжимая в стену за моей спиной.
Издеваетсяяяаа...
– Хочу, чтобы ТЫ меня трахнул – сегодня я отступать не намерена.
Любимый вжимается в меня, давая понять, что сегодня наши желания совпадают.
– Тогда я сделаю тебе подарок. – он скользит своим телом по моему, силой трения посылая в каждую клеточку организма электрический ток.– Сегодня же полгода, как мы женаты, да?
Помнит, он помнит!
Я киваю головой, и тут же на меня обрушивается поцелуй – ураган. Он сметает на своем пути все мои страхи, оставляя только одно желание – как можно ближе, глубже, ярче!
Одна его рука сжимает мою талию, а другая нагло лезет в мои трусики. Но я не отстраняюсь. Неет. Я не менее нагло раздвигаю перед ним ноги.
Хочу чувствовать его. Даа. Так. Резко. Глубоко. Часто.
Всегда считала, что секс начинается с того момента, когда мужской член оказывается в лоне женщины.
Но нет. Пальцы Димы уже трахают меня, заставляя становится все влажнее и влажнее. А я бесстыдно насаживаюсь на них, хныча в его ненасытные губы и прося о большем.
Да. Я знаю, он может дать мне гораааздо больше.
– Сейчас. Потерпи немного – я слышу звук расстегиваемой молнии.
Затем я чувствую, как кружевная ткань натягивается и под действием Диминой силы лопается. Муж закидывает одну мою ногу себе на бедро.
И тут что-то большое растягивает меня, заполняет каждую клетку моего лона. Но не медленно, Неет.
Дима входит в меня резко и до упора. И глубже ему не позволяет его мошонка. Только мне глубже не надо. Потому что я заполнена вся, до краев. Там, внизу не осталось ни одного свободного миллиметра. Все наполнено им. Как будто я та самая Ева, слепленная из ребра моего Димы-Адама.
Дима также резко отстраняется и тут же толкается вновь.
– Ты так хотела? – сцепив зубы, рычит он.
"Да, таак" – хочется кричать мне.
Но... сегодня у меня праздник.
– Резче – стоном – криком приказываю я и слышу, как Дима подхватывает этот мой стон.
Он еще интенсивнее входит в меня и начинает вколачиваться так, что становится даже больно.
Эта боль такая тягучая, такая желанная. И вот я уже сама двигаюсь навстречу этой боли – наслаждению.
Но Дима, грубо прижав меня к стенке, делает так, что я не могу двигаться.
Да, да. Ты тут главный, Дима. Ты.
– Тугаяя – урывками произносит любимый, не сбавляя ритма ни на полтакта. – ты. бл.... такая. тугая. как. гребанная перчатка.
Мне нравятся его эти слова. Я еще больше возбуждаюсь от того, что Дима не молчит.
Я чувствую, как волна наслаждения поднимает меня все выше и выше.
И это не сравнится ни с какой фантазией. Какой на хрен сон?
Это все равно, что изучать теорию, даже ни разу не проходя практику.
С Димой все ощущения во сто крат ярче. И вот уже в предвкушении дергается каждая моя клеточка, а перед глазами то и дело вспыхивают разноцветные пятна.
– Димаааа! – я достигаю точки невозврата и начинаю содрогаться на его, все еще протыкающем меня члене.
– Бл....– стонет мой муж – ты так сладко кончаешь.
Любимый делает еще несколько мощных толчков и наконец-то, передернувшись всем телом, замирает.
Но только на секунду.
Потому что потом...
Потом сквозь толщу воды я слышу его слова:
– А теперь, пошла отсюда....
Что? Я, наверно, ослышалась. Разве после такого не бывает долго и счастливо? Разве пары, взявшись за руки, не уходят вместе в закат.
– Я сказал, пошла вон – теперь я явственно слышу злой голос моего мужчины.
Я, все еще находясь в потоке эйфории, даже не понимаю, что уже лишена и опоры и тепла.
Дима, видимо, не дожидаясь, пока я осознаю сказанное им, разворачивается и начинает отходить от меня.
Я же не подарила ему крестик!
– Но – я трясущимися руками хватаюсь за цепочку на шее – крестик....
Пытаюсь открыть замочек и одновременно наблюдаю, как любимый удаляется все дальше.
Дура. Дура. Надо было подарок просто в руках держать, а не навешивать на себя. Идиотка.
– Диим – окрикиваю я его и, отрываясь от стены, делаю несколько шагов по направлению к нему.
– Заткнись – даже не поворачивая головы, говорит он – Мне пох... й, что ты хочешь мне сказать. Понимаешь? По-х..й! Видеть тебя не хочу...
И Дима, заворачивая за угол, оставляет меня одну с его крестиком в руке...."
Да, БЛ....Ь, БЛ...Ь, БЛ...Ь.
Впервые в жизни мне хочется разбежаться и со всего маху об стену.
Потому что теперь я сожалею о каждом слове, сказанном мною Кате, о каждом небрежном жесте, брошенном в её сторону.
Я не могу ничего вернуть назад, и это раздражает... Мне хочется стереть все эти воспоминания из Катиной головы. Заменить их на новые. Где есть любящий муж и любимые дети.
Но... есть наше будущее. Я знаю, что оно у нас будет. Потому что интуитивно чувствую – моя жена жива.
