Мы сидим в этой квартире уже несколько часов. Не шумим и не подходим ни к окнам, ни к двери. Звуков из нашей квартиры никаких не доносилось. Юля уснула почти сразу как, мы сюда пришли. Это хорошо. Нам предстоит долгий путь в ночь, она еще успеет устать. Миша не задает больше вопросов. На какое-то время он тоже уснул, но потом стал ходить и изучать чужой дом, предметы интерьера, посуду, даже содержимое холодильника. Любит он такие вещи. Я благодарна ему, что не пытается докапываться ко мне. У меня сейчас совсем нет сил на такие разговоры. Я все сижу и пытаюсь понять, почему я так сделала – почему сбежала. Я ведь вроде решила, что сама сдамся. Сдам и себя и Костю. Даже сейчас, когда мне предъявят обвинения я могу это сделать. Только вот доказательств у меня никаких нет. Костя – тень в этом мире, его как будто не существует. Его никто не видел, во всяком случае из тех, кто жив и сможет что-то подтвердить. Я в какой-то западне, у меня нет шансов выбраться из всей этой истории, только сбежать, исчезнуть навсегда. Порвать все контакты. Не думаю, что Миша на это пойдет, он только что потерял отца. Хотя может все-таки это на время и когда дым сойдет мы сможем вернуться. Сейчас бы махнуть в какой-нибудь загородный дом на несколько месяцев. Причем чем дальше он будет находиться, тем лучше. Когда Миша наконец закончил изучать квартиру, он подошел ко мне и сел рядом.
– О чем думаешь?
– Да о всяком. Думаю, почему приняла такое решение…
– Какое?
– Бежать.
– У тебя был выбор?
– Да, сначала я думала сдаться.
– Сдаться? А как же мы?
– А что вы? С вами было бы все хорошо. Передачки бы мне носили. Носили бы ведь?
– Юле всего два года. Ей нужна мать. И хотя мне пока невыносимо сложно принять всю эту новую реальность, я бы ни за что не стал лишать дочь матери. В том смысле, что я только за то, чтобы ты была рядом с ней.
– А тебе это не нужно?
– Что это?
– Мое присутствие.
– Это сложно. Еще вчера я даже представить себе не мог, что жизнь способна для меня вот так резко обернуться.
– Прости.
– Да нет, я, честно говоря, даже рад.
– Что?!
– Правда, ну, подумай наша жизнь была такой скучной и однообразной. Отношения катились в тартарары, а сейчас.
– А что сейчас?
– Сейчас мы на пороге новой жизни. Совсем новой. Мы не будем никогда прежними и это здорово. Мы будем лучше.
– А как же твоя мать? Она же одна, только что мужа потеряла.
– Она не очень-то скорбит по нему. Мне даже кажется она в глубине души давно желала ему смерти. Не всерьез конечно, но вселенная любит выполнять самые неожиданные желания. Вот я мечтал с детства стать участником каких-нибудь событий остросюжетных. И тут ты со своим происшествием.
– Ты меня удивляешь…
– Я сам себя удивляю. Ты же знаешь, какой я домосед и вообще рад бы и места не вставать. Но сейчас что-то во мне бурлит. Заводит меня это все, понимаешь. – после этих слов он начинает медленно переползать с кресла на мой диван.
Я шепчу, что мы так Юлю разбудим, но он успокаивает меня, что сделает все тихо. Я почему-то тоже возбуждаюсь и вряд ли от Миши, он не заводил меня уже давно. Скорее просто все вместе так совпало. Он расстегивает на мне джинсы и чуть приспускает их. Затем поднимает мои ноги, достает член и вводит. Это не очень сексуально выглядит и еще менее это удобно, но такая разрядка сейчас очень кстати. Я рада чувствовать его в себе, тем более, что общий накал страсти все усиливается.
Вдруг за дверью после долгой тишины снова послышались шаги. Кто-то сейчас явно прошел в нашу квартиру. На моем лежащем на барном столике телефоне высветилось сообщение «Они не нашли, найду я». О, господи! Только не это! Кажется, этот маньяк за мной приехал. Он-то точно ничего не пропустит. Даже сейчас, когда уже стемнело. Нужно как можно скорее бежать отсюда. Я отбрасываю мужа, судорожно застегивая штаны. Говорю, что нам нужно идти прямо сейчас, нельзя терять ни минуты! Пусть берет Юлю на руки. Дай бог она не проснется, потому что, если начнет плакать – моментально нас выдаст.
Мы на цыпочках выходим из квартиры и заходим в лифт.
– Ты машину где оставил?
– За домом.
– Значит бежим сейчас туда, прямо под окнами! Не оглядываешься, ничего мне не говоришь! Садимся в машину и едем по Киевскому шоссе как можно дальше! Об остальном разберемся по ходу.
– Мама…? – слышу я голос Юли, она проснулась от суеты.
– Доченька, любимая моя. Помолчи, пожалуйста, я тебя очень прошу. Буквально три минутки. Как сядем в машину – там и поговорим, хорошо?
Она мне ничего не отвечает, но смотрит как будто понимающе. Какая же она умненькая! Вот мы уже вышли из подъезда и очень быстро двигаемся к машине. Миша с Юлей на руках, это быстрее в любом случае. Я не оборачиваюсь наверх, хотя очень интересно. Но, во-первых, я запретила мужу, поэтому нельзя делать это самой. Во-вторых, я не сомневаюсь, что он слышал писк домофона и тут же посмотрел в окно и видел нас. Я точно это знаю.
***
