И Колька приедет. В другой ситуации она бы обрадовалась — они столько раз общались в скайпе, и теперь предстояло увидеться вживую, познакомиться поближе с этим хохмачом и диванным философом. А она в таком состоянии… Их брак с мужем оказался построенным на лжи и принес несчастье ни в чем не повинному малышу. В каком состоянии она может быть??
Диана усилием воли заставила себя принять сидячее положение. Глубоко вдохнула и выдохнула… Ребё-ё-ё-нок… Этот секретик по моральному ущербу обошел всё вместе взятое, что она прочитала в дневниках мужа! И не поможет тут ни торт, ни шоколадка, ни капли успокоительные.
Хотя где-то у нее были хорошие таблетки. Ими в свое время поделилась Вика — коллега, брюнетка с короткой стрижкой. Нервная баба. Принципиальная. Скандальная. Но профессионал.
Год назад к ним в фирму москвичи приезжали для организации слияния. И отчетность всю ночь проверяли, по московскому, наверное, времени. Вика ей блистер этих таблеток и дала. Вкупе с сильным успокаивающим действием они не вызывали сонливости и головной боли, а скорее собирали организм и мысли в кучу в прямом смысле этого слова. Она тогда съела одну волшебную пилюлю, и через полчаса ушли нервозность, потливость рук и дрожь в теле.
Диана отправилась в кухню и выпила там одну штучку. Противопоказаний у них нет, а значит, лишим точно не будет.
Заодно проверила холодильник, убедилась, что еды на ужин хватит на троих. Хотя мужа, конечно, хотелось не накормить, а стукнуть тяжелым по голове. Она даже глянула на стену, на три висящие сковороды, как бы примеряясь, какую лучше выбрать. А потом передумала. Голова у мужа умная и крепкая, погнется кухонный инвентарь, а она так долго нормальные сковороды по магазинам искала… Да и Колька не виноват в том, что у них в семье назрел скандал.
В животе заурчало. Диана включила кофе-машину, загрузила в тостер пару кусков хлеба. Часы на микроволновке показывали 17:25. Значит, у нее буквально 4 часа на то, чтобы дочитать оставшиеся записи. Тостер громко щелкнул, хлебцы подпрыгнули, но остались в плоских отверстиях. Она их вытащила и намазала ореховую пасту.
Выгнать мужа всегда успеет. А вот шанс узнать всю правду в следующий раз у нее появится нескоро.
Жизнь налаживалась. Вот она сидит на диване, на столике рядом исходит паром чашка кофе, а в тарелке ее дожидаются тосты. Сердце бьется ровно-ровно, а дыхание больше не становится прерывистым при мысли о Лизином ребенке.
Хорошие, однако, таблетки.
А Вику надо с Колькой познакомить. Ей в Китае понравится.
«Возможно, я хватаюсь за соломинку, но чем больше думаю, тем больше мне не нравится эта история с порванным кондомом. Рвался у меня презерватив, знаю, как это бывает — не заметить невозможно. И много баек по этому поводу среди народа ходит. А про микро-разрывы вообще ни одной истории вспомнить не могу. Хотя, случаи производственного брака, конечно, не исключены.
Но меня не покидает паранойя. Лиза приложила немало усилий, чтобы привязать меня к себе. Для нее то, что я ее бросил — проигрыш. Хотя непонятно, кто судьи.
Но факт остается фактом. Она готова на всё, лишь бы вернуть меня. Даже на подложную беременность. А что я видел? Только тест с двумя полосками, который она могла позаимствовать у любой беременной подруги».
«Она беременна. Это точно.
Я был у нее почти две недели назад. Ворвался вечером без предупреждения, сказал, что не верю в сказку про презерватив. Мне показалось, или она ждала, что я приду? Показала справку о беременности, с указанием уровня ХГЧ, который получают при анализе крови, и который подтверждает беременность.
Я всё равно не поверил. Справку ей дали в «Здравице», а владелец этой клиники — поклонник творчества ее отца. Написать могли всё, что угодно.
Она рассмеялась, сказала, что через две недели на УЗИ пойдет, пригласила с собой.
И я был с ней там сегодня.
УЗИ не может врать. Лиза на восьмой неделе.
Я видел внутри ее маленького человечка. С большой головкой, ручками и ножками. Я слышал стук его сердца. На какую-то секунду даже почувствовал себя счастливым, причастным к этому чуду природы! Допустил мысль, что мы сможем быть счастливы вместе.
А потом мы вышли на улицу, и меня отпустило.
Она не выглядела счастливой матерью или будущей женой. От нежности не осталось и следа. Я понимаю ее обиду. Но и она должна меня понять — этот ребенок случился неожиданно! Как раз тогда, когда я понял, что нам не следует быть вместе!
Но вместо того, чтобы радоваться нашему воссоединению, она же видела мою улыбку в кабинете УЗИ, Лиза торжествовала! И это было во всем сказанном, после того, как мы вышли в коридор, а потом на улицу до такси, в которое я ее усаживал.
Она мстила! Наслаждалась моим бессилием!
Почему Лиза не понимает простую вещь: то, что она загнала меня в угол, не может быть основанием для нашего счастья!!!
Мы все проиграем в итоге. И я. И она. И ребенок».
«На меня навалилась депрессия. Работаю на автопилоте, не встречаюсь ни с Лизой, ни с Дианой. Вечерами дома лежу на диване с банкой пива и размышляю о том, как докатился до жизни такой.
Ребенок…
