Дневник писателя (1880-1881) полностью

«Русь». В ответ «Слову»: мы зовем к сознанию. Да тут именно такое проклятое дело, что нужно все сознать, а не что-нибудь только. Ибо сущность дела лежит именно в особенностях характера русского народа. А если до этого коснулись – надо знать все. Не то как раз придете к заключению Гамбетты в разговоре с г-ном Молчановым, корреспондентом «Нов<ого> времени», в том самом разговоре, который заканчивается криком г-на Молчанова: «Vive Гамбетта!»

Молч<анов>

Гамбетта

Вот вся наша западническая партия говорит[62] то же самое, что и Гамбетта: не миновать, дескать, общего пути, ибо все народы… одинаковы. Ну разве не то говорит г-н Кавелин?

Передовая. А земский-то грех!

Не дадут они вам финансов.

Мужик, пьянство, бессудность: пропадай все, буду и я кулаком. Правды нет. Восток, Азия, железные дороги, живем для Европы.

Экономия, 4 вместо 40; прибедниться, сесть на дорожке.

Петр Великий сделал бы.

Министр финансов, внутренних дел, иностранных дел – и… и… западничество.

Нет культуры. Н. Б. Есть культура, но отрицающая вашу. Не смешивайте. Она грядет. Она заговорила.

Да, нет культуры. Искали нигилистов, Градовский. «Кафедра Исакиевского собора».

Да где же взять отцов?

Завелся, к сожалению, Кавелин. //

Кавелин. О, не такой нигилист, которого нужно повесить. Разбор Кавелина: нет, дескать, самостоятельности России. Красный цвет, Аксаков: прочесть в классе прокламацию: да если вопросы чести, пользы перепутались.

Передо мной стоял гимназист. Зарезать отца или спасти ребенка – одно и то же. Чума, Языков: «Ах кабы все умерли!» Все перепуталось и серьезнее, чем вы думаете, ибо они честнее отцов и переходят прямо к делу. Вы в классе прочтите прокламацию насчет чести, долга, а он вас (Аксакова) спросит, что такое честь, что такое долг. Еще хорошо, хоть спросит, а то промолчит. Почему это все у нас так? А вот нет культуры. Там и революционер культурен: Лассаль. Кавелин ответит: нет нравственных идей. Инквизитор – сжигающий, философски так[63]. Категории не жизнь, об этом еще поговорим.

Неясно, неясно, скажут кругом, неясно, скажет Л. Д. Градовский. Поясню на первый случай (слышите, на первый только случай, об этом потом еще толковать надо) – поясню классическим воспитанием (про теперешнее мы еще ничего не знаем, то есть будет ли по-прежнему курица над яйцами или определено яйцам курицу учить) – но отчего не принялось.

Нет культуры.

Нет культуры: классическая система.

Проект.

Мокрый снег.

Россия ищет лишь одной веселости.

Удовлетворенная ледя, воротясь домой, приставая к мужу и т. д.

Веселить собой Европу – это премилая мысль. Вместо того что чуть не с самого полтавского сражения «нагайкой Западу грозить»[64]. //

Формула. Русский народ весь в православии и в идее его. Более в нем и у него ничего нет – да и не надо, потому что православие все. Православие есть церковь, а церковь – увенчание здания и уже навеки. Что такое церковь – из Хомякова. Вы думаете, я теперь разъяснять стану: нимало, нисколько. Это все потом и неустанно. А покамест лишь ставлю формулу, да к ней прибавляю и другую: кто не понимает православия – тот никогда и ничего не поймет в народе. Мало того; тот не может и любить русского народа, а будет любить его лишь таким, каким бы желал его видеть. Обратно и народ не примет такого человека как своего: если ты не любишь того, что я люблю, не веруешь в то, во что я верую, и не чтишь святыни моей, то не чту и я тебя за своего. Широк, вынослив и в верованиях терпим[65]. О, он не оскорбит его, не съест, не прибьет, не ограбит и даже слова ему не скажет[66]. Народ искрен<него> челов<ека>, каким бы желал его видеть, выслушает, если тот умен и толков, поблагодарит за совет даже, за науку, мало того, советом[67] воспользуется (ибо широк русский народ и отвлекать все умеет), но своим не сочтет, руки не подаст ему, сердца своего не отдаст ему. А наша интеллигенция из чухонских болот прошла мимо. Сердится, когда ей говорят, что не знает народа.

На свои силы.

Не так, как же вы с ним сойдетесь. Нет, долго еще не сойтись нашей интеллигенции с народом и долго еще не понять ей его. Я только один пример сказал, но есть и другие пункты: водка, выбивание податей. А пока дух народа успокоится в правде. Суды, за свое плоть от плоти, доверчивость. Спросите народ. Он ищет, а ему даже и двигаться не дают. Начальство (муха в патоке). Чтоб суд это плоть от плоти моей. Созовите его, спросите его самого, да что, все то разве можно пересчитать, разве я в силах изобразить. Сделайте суды – правда, чтоб уверовал в правду. Доверенность. Спросит царь-отец, адамантова сила. Церковь как бы в параличе, и это уж давно. Не знают православия, – нельзя на них и сердиться, ибо они ничего не понимают и в сущности народ честный, и если и очень ругаются, то простить их можно, то кроме нескольких мошенников и себе на ус мотающих окраинцев – они стоят за все, что у них есть самого драгоценного[68].