Я устал от пьяных веселящихся рож. Устал от шума толпы, желающей скрыть за пьянками и весельями свои проблемы. Прийти в клуб или бар, чтобы показать насколько ты крут, когда в повседневной жизни ты ничего собой не представляешь. Каждый хочет казаться твоим другом, каждый готов продать свое «Я» и одновременно быть как все и круче всех. Это вакханалия бесконечна и затягивает она так, что вырваться практически невозможно. Один раз, попав на этот праздник жизни, уже тяжело не поддаться соблазну и не присоединиться еще раз к этой моральной оргии, где души гниют быстрее, чем опавшие листья. «Так я хочу жить всегда», — думает каждый «счастливчик», переживший свою первую ночь. Атмосфера лжи, окутавшая каждого, заставляет жить лишь мечтой скорого приближения выходных, а самые отчаянные умудряются найти способ продолжения в промежутке с понедельника по четверг оттянуться на полную катушку. С пятницы по воскресенье — нацепить маску веселья и окунуться с головой в мир фальши. Есть те, кто в шесть утра жаждет продолжения банкета и мчит на after-party. А я устал от грохота колонок, заливающихся алкоголем и торчащих наркотой личностей. От смазливых девок, стреляющих глазами по целям. От молодых парней и похотливых извращенцев, ищущих легкую наживу. Наркотики, секс, алкоголь и громкая музыка — я устал от этих составляющих веселой жизни. У них нет никакой цели в жизни, кроме как безудержно веселиться. Они не понимают никаких законов, весь их свод правил имел лишь один пункт — следовать моде.
Один придурок подходит ко мне и голосом, полным эйфории, орет в ухо «Здорово, дружище! Как дела?». Мне плевать, как его дела и, уверен, ему тоже это безразлично. Нас познакомили на прошлой неделе, и сейчас этому парню, которого вижу второй раз в жизни, я готов свой лонг-айленд на голову вылить — я его ненавижу как часть этой ненавистной мне толпы. И себя я ненавижу по той же причине.
Надо сваливать. Опять увольняться с работы. Хорошо, что испытательный срок еще идет, и не надо будет отрабатывать две недели. Билет в один конец подальше от всего этого дерьма, что я сейчас наблюдаю собственными глазами. Напиться в хлам и сваливать. Проснусь завтра и на вокзал за билетами.
Наконец приехал Алеша Пати. Я позвал его полтора часа назад. Не знаю, что за дела у него были, что он только сейчас приехал в бар, куда ему из дома добираться полчаса пешком, не говоря уже, что он точно приехал на такси.
С появлением Леши у меня открылось второе дыхание, и я начал накачиваться горящими напитками с удвоенной силой. Даже спустя долгое время события того времени вспоминаются с трудом. Что-то Леша поведал, что-то и сам эпизодами в голове восстановилось. Но стоит отметить, что на некоторое время меня повело на поэзию, и, облокотившись на барную стойку, с трудом попадая по нужным клавишам телефона, я накатал сообщение и, не задумываясь, отправил его. А кому отправил, узнал только на следующее утро.
Грохот перфоратора разбудил меня. Сон алкоголика краток — именно это подтверждали настенные часы. Четыре часа сна после такой пьянки — это чересчур мало. Надо бы еще хоть на пару часов вздремнуть. Не знаю, как остальные, но я после такого количества алкоголя, если хоть раз проснусь, то не смогу больше спать.
Я лежал в кровати и проклинал соседских рабочих, вчерашние текилу, виской и самого себя. Живот так сильно мутило, что хотелось вставить туда трубку. которая выкачает из меня всю ту дрянь, из-за которой мне сейчас так плохо. Хочется спать и блевать. А еще дикий голод. Но я понимаю, что стоит мне хоть что-то проглотить, как это полезет обратно.
