Мы залезли обратно и помчали в Горвин, а Генри в этот момент скрылся на лошади в лесу, чтобы деревенщина и его не заподозрила.
Доехав до ближайшего города, мы встретились с шефом местного участка и, объяснив ситуацию, просили его от лица Генри направить в Эшвил несколько отрядов. Местный шеф нас выслушал и сказал, что рад будет помочь подопечным его старого друга.
Когда мы прибыли к участку, в который упрятали Брадмайера, то поняли, что из-за тесного соприкосновения с другими участниками нашего короткого путешествия не осталось на теле живого места, все было отбито, а конечности в конец затекли. Вытащив все содержимое кэба, правоохранители заперли их в отдельной камере, в ожидании моего допроса.
– Парни, спасибо вам большое, идите и отдыхайте, а я пока пообщаюсь с нашими соловьями.
– Ты уверен, что тебе не нужна помощь? – спросил Пьер.
– Нет, в этом нет необходимости, я сделаю все сам.
– Хорошо, тогда до завтра.
– Да, спасибо вам еще раз.
– Рады служить, шеф. – высказался улыбающийся Стив, проведя пальцами по козырьку своего котелка. Рон и Пьер тоже улыбнулись, и слегка нагнув головы, все трое отправились отдыхать.
– Собираетесь их допросить прямо сейчас, инспектор?
– Да, заведите их всех сразу, сержант.
– Будет исполнено, сэр.
– А что, делать с редактором, которого вы оставили вчера?
– Пока подержите его, он может мне еще понадобиться.
– Хорошо. – сержант пошел исполнять мое поручение, а я остался еще немного побыть на улице.
– М-да, с такой работой как бы не начать заново курить.
Постояв еще пару минут, сержант вышел сказать мне, что все готово и можно приступать к допросу. Я вошел в кабинет, где меня ожидала четырехглавая гидра Эшвила, вместе с бутылкой виски и пятью стаканами, поставив их на стол и наполнив содержимое бокалов, я сел за стол напротив них.
– Прошу, господа, угощайтесь, сегодня был не самый лучший день. Вам нужно расслабиться, насчет алкоголя не переживайте, у меня есть еще пару бутылок в запасе. – глава не стал церемониться и, взяв бокал, опрокинул содержимое себе в глотку, а затем его примеру последовали все остальные и я в том числе. Я обновил и теперь они стали пить по маленьким глоткам.
– Нужно было сразу догадаться, что ваш шеф не банкир, а полицейский, да и твой папаша комиссар, как я не додумался, что ты пойдешь по его стопам.
– Так бывает, когда мысли заняты ложью и интригой, мистер Роствуд.
– Судя по всему вам уже все известно.
– Да, я знаю, что вы предлагали опубликовать дневник, и что его владелец жив и здоров.
– Как вы догадались, что Рич жив? Вам кто-то подсказал, не так ли?
– Да, мой шеф догадался. Весьма странно было оставлять свидетельство о смерти, в тайном помещении о котором знал лишь хозяин дома.
– Как вы нашли то помещение?
– Не я, это сделал Мэндфилд. Он как будто знал, что нужно делать.
– Значит и молодой барон под вашим наблюдением? Считаете, что всё-таки он убил брата и отца с матерью.
– Гадать пока нет смысла, мы лишь его подозреваем в этом, но как не прискорбно для вас, мы сегодня вечером собрались не для того, чтобы обсуждать дальнейшую судьбу Томаса.
– Мы это прекрасно понимаем.
– Мне нужны ответы.
– Спрашивайте.
– То есть, вы вот так просто все расскажете?
– Мы расскажем то, что сами посчитаем нужным.
– Хорошо. Объясните мне дураку, зачем было подводить себя под черту, если вы и так добились того, что хотели. Хофф остался в живых и теперь бегает по лесам, зачем было его реабилитировать?
– Ты не поймешь, Питер. Хоть ты и стал инспектором в столь юном возрасте, ты все равно слишком молод и амбициозен.
– Ну вы хотя бы на пальцах попробуйте объяснить, а там посмотрим.
– Кто, по-твоему, Рич?
– Убийца, беглец, преступник, в конце концов.
– Неправильный ответ, инспектор. Рич, как и мы все – слуга своей страны, который был безжалостно обманут. Когда он получил задание от генерала Гастингса, он уже был приговорен к смерти.
– Вы думаете, я поверю в байки про провокации? План бредовый, кто станет развязывать войну?
– Хоть план и бредовый, но подумай, разве так трудно устроить конфликт между государствами, которые враждуют испокон веков. Помнишь уроки истории, когда были вассалы и феодалы, мы разграбляли и узурпировали их страну. Настроения остались те же между нашими державами. Поэтому нужно всего лишь зажечь спичку. Спичкой и оказался Рич с его товарищами. План не удался, франк, что держал их взаперти, оказался хитрее и умнее, их тела так и не нашли, видимо они находиться на дне кимберлитовой трубки, что ему принадлежала.
– О какой трубке речь?
– Ты об этом узнаешь, инспектор, когда прочитаешь дневник. Я так понимаю, что копия была уничтожена?
– Конечно, такой ахинеи нет места в нашем мире.
– Ну, если ты найдешь дневник, то сможете узнать все прелести жизни, что произошли с Ричи за его годы скитаний.
– И где дневник?
– Я отдал его брату, он сказал, что оставит его в доме. Он хотел, чтобы хозяин дома его нашел, кандидатура сомнительная, но думаю, что он сможет помочь.
– В чем помочь?
– В реализации нашей идеи.
– Вы все за старое. Где Хофф?
– Вам никто не скажет, где он.
