Звонки и сообщения посыпались на телефон Нины часа через три после её отъезда. В них было всё: злость, обида, ненависть, оскорбления, ревность, угрозы, требование вернуться, невозможность жить без неё, слова любви и мольбы о прощении. Доминго был пьян, разговора не получалось. То, что чувствовала Нина, невозможно было выразить словами. Хотелось тишины и покоя, она отключила телефон. Через несколько дней, когда страсти улеглись, они смогли поговорить и объясниться. Встретиться было невозможно, потому что дороги были всё еще перекрыты полицией, автобусы не ездили, и идти пешком в другой город по берегу моря также было запрещено. Они разговаривали друг с другом по телефону по несколько раз в день, и Нина понимала, что скучает без теплых объятий Доминго. Но, когда через две недели дороги открыли, она не вернулась жить в его дом. Он назначал Нине свидания, устраивал для неё в своем доме фуршеты с устрицами и шампанским, встречался с ней на пляже, а позднее, когда открылись рестораны, приглашал на обед или ужин. Им было хорошо вдвоем. И, если в какой-то день Доминго был в плохом настроении и пытался переложить на Нину свои негативные эмоции, она просто сбегала от него в свою съемную квартирку. Доминго познакомил Нину со своими детьми, братом, сестрами, друзьями, а Нина со своими – дочерью, зятем и внуками. Все считали их парой, и Нине было приятно, что она женщина Доминго. Однажды он снова предложил ей переехать в его дом. И Нина, все еще находясь в поисках квартиры для покупки, согласилась. Их совместная жизнь стала спокойнее, они сблизились и понимали друг друга без слов, дарили друг другу заботу и нежность. У них было время, чтобы побыть порознь – вечерами Доминго спускался в бар, а Нина оставалась в доме одна и занималась своими делами, общалась с подругами и внуками, смотрела интересный фильм на русском и искала варианты квартиры. Единственное, что расстраивало Нину, было то, что здоровье Доминго ухудшалось, и он, пытаясь заглушить очередную боль в теле, с утра начинал пить таблетки, днем пиво, а вечером запивал и таблетки, и боль душевную виски. Нина не знала, как ему помочь. Он не позволял ей “учить его жить” и пресекал все разговоры на темы вредности таблеток и алкоголя одновременно. Поэтому она смирилась с таким ходом вещей, оставила попытки вразумить его, заботилась о нем и просила у Бога здоровья для него.
Нина купила квартиру, начались хлопоты с ремонтом. Доминго помогал искать ей бригаду строителей, давал дельные советы, поддерживал или отвергал её начинания в перепланировке комнат, пока не наступил тот день, когда произошло резкое ухудшение его здоровья, и Доминго оказался в госпитале. Обследование и лечение продлились почти месяц. После каждого похода в госпиталь Нина плакала, видя, какие необратимые перемены с ним происходят. Когда Доминго выписали из госпиталя, к нему в гости приехали его дети, и Нина решила переселиться в свою квартиру. Она приезжала к Доминго почти каждый день, видела, что он идет на поправку и к нему вернулось его чувство юмора. Доминго, в свою очередь, рассказывал ей, что устал быть с детьми, ждет, когда они уедут, и шептал ей на ухо о том, что мечтает о времени, когда они снова останутся вдвоем и смогут поехать в путешествие на его родину в Андалусию. Но его планам не суждено было сбыться.
Когда ей позвонил Кристиан и начал рассказывать о том, что все дети Доминго, его брат и сестры приехали в Андалусию, Нина поняла, что это означает начало близкого конца. “Он уже не отвечает мне, он не открывает глаза, – говорил Кристиан. – Что мне делать? Как помочь ему?” Нина вспомнила их встречу: они втроем, Доминго, Кристиан и она, обедают в ресторане. Отец и сын дурачатся, как дети, и подшучивают друг над другом. Нина, глядя на них, чувствует их отцовско-сыновью любовь, обожание и восхищение друг другом. Она ответила: “Знаешь, я просто молюсь, как умею, чтобы ему было легко. И еще я разговариваю с ним, говорю, какой он великий человек и как сильно я его люблю”. Кристиан прислал ей видео из больничной палаты. Взглянув на первые кадры, Нина не смогла смотреть дальше. Она хотела помнить того Доминго, который был силен, полон юмора и оптимизма. Того, который, оправдывая своё имя, Доминировал. Всегда и везде. Того, к которому тянулись люди за советом, полагаясь на его жизненный опыт и мудрость. Мужчину, в жизни которого она стала последней женщиной. Которую он любил, как умел и как мог.
