Дневник убийцы полностью

– Таких, как история с пекарнями, – раздался во втором ряду голос репортера из «Геральд», сопровождаемый хохотом. – Может быть, стоило отложить и это заявление тоже?

– Полагаю, то же самое можно сказать и о заявлении о воскрешении из мертвых Потрошителя, – произнес Ардженти, скосив глаза на Конрада Малгрейва, сидевшего поодаль в том же ряду. – Чего можно было бы избежать, если б кое-кто предварительно подумал.

Он говорил с Малгрейвом в тот день, когда было опубликовано письмо, и убедившись, что оно было напечатано, озвучил свое неодобрение в следующей форме:

– Зная историю этого дела, так же как и вы, и то, что все прошлые признанные письма были написаны от руки, разве вы не обратили внимания на то, что это письмо может быть фальшивым?

– Наша работа заключается в том, чтобы просто сообщать новости, а не анализировать их, – возразил журналист.

– Может быть. Но если для вас важнее посеять панику, а не сообщать достоверную информацию, тогда в будущем мой департамент будет осторожнее относиться ко всему, что публикуется в вашей газете.

После таких комментариев и упреков Ардженти подумал, что Малгрейв будет более сдержан и осторожен. Но когда этот репортер подался вперед, инспектор догадался, что он по-прежнему находится на взводе.

– Мистер Джеймсон, вы заявляете, что только в двух случаях готовы с уверенностью определить схожие отметины от игл, – начал журналист.

– Да, но это лишь потому, что в предыдущих случаях процесс тления уничтожил такие мелкие раны, – объяснил Финли.

Однако Конрад продолжил, словно не услышав его:

– Тем не менее теперь вы уверены, что во всех случаях это является общей причиной смерти светских девушек.

Джеймсон промокнул пот на лбу. От газовых горелок в переполненном небольшом зале стало невыносимо жарко.

– Мы смогли провести тесты других жертв, их кровотока и состояния прилегающих органов, что подтвердило нашу теорию.

Малгрейв медленно кивнул.

– Но это во многом все еще теория, а не уверенное заявление, которое вы обещали в начале этой конференции.

– Я… Я полагаю…

– И вы также заявляете, что есть другие жертвы, еще не опознанные, причиной смерти которых могли быть признаны такие заболевания, как сердечный приступ, простуда или чахотка.

– Да, верно.

– И каким может быть число этих жертв?

Ардженти и Джеймсон переглянулись. Мэр Уоткинс тоже посмотрел на них с дальнего края стола. Хотя они и старались собрать конференцию как можно скорее, чтобы развеять слухи о Потрошителе, все трое решили, что окончательное число возможных жертв может посеять такую же панику.

– Это чисто умозрительно, – произнес патологоанатом. – Теперь нам не поможет никакая цифра. Мы только можем сказать, что шесть жертв, о которых нам известно, были убиты именно этим способом.

– Вы сами признали, что такая причина смерти установлена лишь у трех из шести девушек, – повел бровью Конрад. – Следовательно, даже если говорить о всего полудюжине дополнительных случаев, это означает, что вы подтвердите только треть общего числа возможных случаев. Далеко от тех «окончательных» данных, про которые вы заявляете теперь.

– Я… Я осмелюсь сказать, что мы могли бы рискнуть. – Финли снова промокнул лоб.

Опасаясь, что от усталости он мог стушеваться под ударами вопросов, Ардженти готов был вмешаться, но на губах криминалиста вдруг мелькнула сухая улыбка – его фирменный знак, что он обрел уверенность.

– Но это на сто процентов более бесспорно и убедительно, чем письмо и сопроводительная статья, которые вы сочли нужным опубликовать в вашей газете на днях, мистер Малгрейв, – сказал он.

Обезвреженный колкостью и хохотом со стороны соперников в том же ряду, Конрад до конца конференции так и не смог ничего сказать.

– Думаю, все прошло хорошо, – прокомментировал Джозеф, когда они собирали свои бумаги.

– Да… в итоге. Приношу извинения, что не сразу пришел в себя, – вздохнул Финли.

Ардженти состроил гримасу:

– Этого надо было ожидать, учитывая те часы, что вы с Лоуренсом потратили на доказательство своей теории. Можете законно гордиться собой.

– Да. Полагаю, что могу.

Джеймсон слабо улыбнулся, и инспектор почувствовал беспокойство. Конечно, добившись такого прорыва, его другу следовало быть более оживленным и довольным. Казалось, что его все еще что-то тревожило в этом деле, хотя, возможно, он просто устал от работы.

Ардженти сделал глубокий вдох.

– Хотя бы результатом теперь будет то, что ни одна девушка на Манхеттене не выйдет из дома без сопровождения.

– Не уверен, что это поможет, – возразил Финли.

– Отчего же? – повел бровью Джозеф.