От такого друга он узнал подробности ДТП, в котором погибла Есения. Судя по свидетельским показаниям, она переходила дорогу и резко остановилась, схватилась за голову – будто ей неожиданно стало плохо. Виновник ДТП признался, что ехал с превышением скорости, видел переход и уже собирался тормозить, как вдруг у него полностью пропали слух и зрение. В панике он не сразу сообразил, что нужно начать тормозить, а как только нажал на тормоз, почувствовал удар и через минуту к нему вернулись и слух, и зрение – будто ничего и не было.
Также он узнал, что Мирослава Пересвет – настоящее имя. Точнее – так написано в паспорте, который предъявляется везде, где положено. Но кроме этого паспорта никаких данных нигде нет. Да и паспорт скорее всего поддельный. Друг Славика уже заинтересовался этим странным фактом, но Славик попросил его ничего пока не предпринимать, ведь это не самое большое правонарушение и вереницы многих других.
Еще утром Славик отправил рукописи Есении и пару книг Мирославы одному эксперту и тот, только бегло просмотрев, заявил, что это писал один и тот же человек. То есть после полноценной экспертизы, авторство Есении будет легко доказано. Дело за малым – нужно только заявление о нарушении авторских прав от прямого наследника. И мы, затаив дыхание, набрали номер Ксении.
Разговор с Ксенией продлился несколько часов. Мы не знали, как преподнести Ксении такую новость, ведь вряд ли она знала о существовании Договора, по которому ее сестра не могла никому ничего рассказать, и решили, что все же честность – лучшая политика. Так обычный звонок перешел в общение по видеосвязи.
Ксения поначалу скептически отнеслась ко всему сказанному, но потом появилась Есения, которая была где-то рядом с сестрой и через меня передала несколько фактов, которые знали только они. Оказалось, что Ксения, несмотря на инвалидность, продолжила обучение. Правда пришлось перевестись на заочное отделение.
Ксения была потрясена поступком сестры и сразу же согласилась помочь – благо ноутбук и рукописи Есении остались у нее. Славик тут же позвонил своему другу и сообщил данные Ксении, чтобы они договорились о встрече и дальнейших действиях.
Материалов на Мирославу набралось очень много – шантаж, подделка документов, присвоение чужой интеллектуальной собственности, неуплата налогов и много чего еще. Было принято решение задержать Мирославу и поместить ее в изолятор временного содержания. Вариант домашнего ареста даже не рассматривали – если она скроется под другим именем, найти ее будет практически невозможно.
Задержать Мирославу без шума не получилось – она как могла привлекала внимание окружающих – умудрилась запереться в квартире, швыряла в окно все, что попадет под руку, просила помощи прохожих, угрожала самоубийством. Спустя полчаса такого концерта у ее окон дежурили бригады МЧС, скорой и съемочная группа местного канала.
Все новостные каналы в интернете пестрели заголовками и бредовыми теориями о Мирославе – от покушения на убийство до помещения ее в психиатрическую клинику. Кто-то вообще назвал ее контактером с инопланетянами. Ни слова правды, зато миллионы просмотров.
На первом же допросе случилось нечто, настолько непонятное и необъяснимое, что не смог объяснить никто из присутствующих. Мне довелось посмотреть видеозапись, которую прислал все тот же друг Славика. Начиналось все обыденно – Мирослава попеременно угрожала некими связями «Там», тыча пальцем куда-то в потолок, потом нагло предлагала взятку, опять угрожала, плакала и давила на жалость – и так несколько раз по кругу.
Зато потом лампочки в кабинете замигали и погасли. В кабинете стало темно, но не настолько, чтобы не различать очертания мебели и находившихся рядом людей – на это хватало уличного освещения из окна. Как позже оказалось – свет погас только на одном этаже здания и никаких перебоев с электричеством или аварий в этот вечер не было. Мистика, да и только.
Потом из самого темного и дальнего угла вышли две фигуры в темных балахонах и молча направились к замершей Мирославе. По мере их приближения к Мирославе из ниоткуда появился и начал нарастать какой-то гул, вроде белого шума. И если эти фигуры что-то и говорили, то услышать что-либо было невозможно.
Все это продолжалось не более минуты. Внезапно включился свет, фигуры просто растворились в воздухе – будто из и не было. Единственным подтверждением присутствия чего-то аномального было лицо Мирославы – бледное, застывшее, настоящая маска ужаса. Ее молчание длилось недолго и резко сменилось бурной истерикой. Успокоить ее не смогли. Пришлось вызывать скорую прямо в отделение.
После лошадиной дозы успокоительного она не уснула, да и особо не успокоилась – ее глаза так и горели животным ужасом. Ее речь стала невнятной и медленной, но это не помешало ей начать говорить. И никто не был готов к тому, что она поведала.
