Мистер Морден и мистер Харкер бросают в мою сторону сочувственные взгляды и ободряюще улыбаются. Мужчина слева от меня дружески и немного неуклюже похлопывает меня по руке. Кто-то передает Энни бутылку воды; наполнив пластиковый стаканчик, она вставляет его мне в руку и следит, как я пью, а потом с удовлетворенным видом забирает обратно. Роберт снова оборачивается. Он как будто проверяет, не развалилась ли я на кусочки.
Этот день так замечательно начинался – Роберт, его книга… И ты опять все испортил. Ты достал меня даже из тюрьмы. Но добро вокруг меня все равно побеждает. Оно сильней тебя. Сильней, несмотря на царящие в этом зале злобу, страх и ненависть.
Инцидент был исчерпан. Судья кивнул, и мистер Морден продолжил свой допрос.
– Будьте любезны прочитать вслух предупреждение на боковой двери машины.
– Внимание! Эта дверь открывается только снаружи, – медленно, с расстановкой прочитал Томлинсон.
– То есть изнутри она не открывается, – произнес мистер Морден. – На противоположной двери находится точно такая же надпись. Вряд ли мисс Локер смогла бы ее открыть, как вы считаете?
10 марта, вторник, 16:40
Я понятия не имею, о чем говорил мистер Морден. Наверно, о чем-то очень важном, – судя по тому, как все слушали.
В каком-то тумане выхожу из зала, глядя в пол. На этот раз я не мечтаю о том, как пойду на станцию вместе с Робертом. Не представляю, как он сядет рядом с мной в поезде. Не спрашиваю себя, отважусь ли я прикоснуться к нему как будто случайно. И не придумываю, как бы умудриться прижаться к нему так, чтобы во всем оказалась виновата давка. Подобными фантазиями я тайно наслаждаюсь каждый вечер. Но сегодня мне совсем не до них.
– Кларисса!
Я уже успела спуститься по лестнице. Растерянно моргаю, словно Роберт меня разбудил. Он был рядом, а я даже не заметила! Кажется, со мной такое впервые. Ты опять заполнил все кругом. Опять пробрался в мой мозг, и я сама позволила тебе это сделать. Больше это не повторится.
– Ты забыла, – говорит Роберт, осторожно вкладывая сирену мне в руку.
Бросаю ее в сумку.
– Думаю, завтра я оставлю ее дома.
– Значит, завтра нас ждет спокойный день.
К своему изумлению, я уже почти улыбаюсь.
– Сегодняшний день начинался так замечательно!
Убеждаю себя, что в этой ложной тревоге ничего ужасного нет. Надо радоваться, что моя персональная сирена больше мне не нужна.
И этот блокнот мне тоже больше не нужен. Обещаю себе, что с этого момента больше никогда не стану называть тебя «ты». Никогда. Ты больше не будешь для меня вторым лицом единственного числа.
Мистер Морден тряхнул головой, словно готовился к чему-то неприятному.
– Вы считаете Карлотту Локер привлекательной?
– Не обязательно считать человека привлекательным, чтобы заниматься с ним сексом. Я думал, что делаю ей одолжение.
Рука Энни с легким стуком упала на стол ладонью вниз. Мистер Морден многозначительно молчал.
– Она хотела покурить. У меня с собой было, – зачастил Томлинсон. – Она сама предложила. Сказала, что даст мне за наркотики. Мне не понравилось. Через несколько секунд все закончилось. Я думал, это не считается. Но потом мой адвокат объяснил, что это был секс. Как только пенис проникает в вагину, это уже секс, и не важно, сколько он там находится.
У мистера Мордена был такой вид, словно его сейчас вырвет.
– У меня больше нет вопросов к свидетелю, – заявил он.
– Скотина, – произнес Роберт, качая головой, едва они вышли из зала. Его голос был лишен всякого выражения. Остальные присяжные закивали в знак согласия.
– Очуметь можно! – начала Энни. – Э-э-э… а что такое секс? Хочешь сказать, что когда я засовываю свой пенис в твою вагину, это мы сексом занимаемся?
– Энни, сделай одолжение!.. – воскликнул Грант.
Несколько минут спустя они с Энни и Робертом сидели в баре за углом. Это была идея Роберта – выпить по бокалу перед тем, как ехать домой. Неожиданно перед их столиком вырос Грант. Он явно собирался к ним присоединиться; увидев его, Энни чуть не упала со стула.
– С тобой мы в безопасности, Кларисса, – произнес он. – Если на нас нападут, мы включим твою сирену.
– Ты носишь ее просто так или у тебя есть особые причины? – спросил Роберт как бы между прочим.
– Я забыла про нее, – ответила она. Формально это была правда. – Мне ее выдали сто лет назад.
– Нет, серьезно, Кларисса. – Грант взял себе стул. – Сколько в тебе – пять футов четыре дюйма? Сорок пять кило? Ты видела, какие эти парни здоровые? Они от тебя мокрого места не оставят.
Кларисса качала своим огромным бокалом и смотрела, как кружится красное вино, которое купил ей Роберт. По телу разливалось приятное тепло.
– Не нравятся мне такие разговоры, – произнес Роберт.
Он пил уже третью кружку пива, но заметно это было только по его глазам. Каждый раз, когда она к нему оборачивалась, она ловила на себе его пристальный взгляд – слишком пристальный, чтобы он мог успеть его отвести.
– Для того они и нужны, эти сирены, – сказала Энни, задумчиво поигрывая полупустой кружкой горького.
– Они хороши для тех, кто умеет с ними обращаться, – ответила Кларисса. – Уж точно не для меня…
