Ужасно. Умер Отто Гротеволь[1]. Какая потеря для нас и особенно для ГДР.
Трепаков насыпал в чернила карбид. Чернила вылезли и дышать в классе было нечем. Пока наливали новые, прошло минут десять. Ниловна сердилась, а ребятам хоть бы хны.
Не писал целую неделю.
Были на уборке картофеля, в совхозе. По литературе получил еще одну пятерку. Тамара Александровна, наверное, проверяла меня. А я теперь все учу. В конце концов мы учимся для себя.
Почти все мальчишки в нашем классе ненавидят меня. Сегодня моя команда обыграла их команду, и они подали протест. Мы им забили два гола. Все забил я. Уж как они хотели покалечить меня. Не вышло. А Трепаков сам валялся. Они нам забили один гол. До конца второго тайма оставалось семь минут. Но тут пришли заводские футболисты и не дали нам закончить игру. Ну что ж, переиграем.
Мое космическое колесо — глупость.
Я спросил вчера, кто мне поможет по дойчу усечь перфект сильных глаголов. А Трепаков сразу заорал: «Косарева тебе поможет. Она лучше всех знает дойч».
Я ни у кого не стал спрашивать. Целый вечер просидел над уроком, даже телевизор не смотрел. А сегодня меня вызвали. Я все отлично понимал, но я же не трещалка. У меня язык не ворочается так быстро, как у Сметаниной. Я думал и отвечал. И мне поставили тройку. За что?!! За то, что, отвечая, думаю? А потом спросили Дашевского. Ему поставили отлично. Все ребята возмутились, но учительница закричала на них. На перемене я подошел к Дашевскому и сказал: «Ты отвечал плохо. Тебе поставили пять несправедливо». А он ответил: «А я виноват?» Тогда я пошел к учительской, дождался М. Ф. и сказал ей: «Вы мне неправильно поставили оценку». Она страшно рассердилась. «Это еще что за разговоры! Учите лучше!» Я уверен — завтра она меня спросит.
Угадал! Поставила четыре. А мне ее четверка не нужна. Спросил: «Какие я сделал ошибки. За что снизили?» Она сказала: «Ошибок нет. Но ответ был неуверенный».
Я крикнул:
— Но я же не пулемет?
Она меня за это выставила из класса.
Что теперь делать, сам не знаю.
У нас болел классный руководитель. Теперь она выздоровела, и в субботу будут выборы старосты, председателя совета отряда и звеньевых. В футбол моя команда проиграла. Сыграли вничью, но перед футболом бегали эстафету, и моя команда пробежала хуже.
С географией все еще неладно. Рук никто не поднимает. Вопросы Анатолию Михайловичу задают с места. Дашевский сказал: «Если я захочу, у нас его не будет!» Хвальба! Отец в гороно — вот и хвастается.
Я совсем не пишу о книгах. А книги я читал. С начала учебного года на моем счету шесть произведений. Я решил теперь обязательно читать в день не меньше 180 страниц. За месяц это будет 5400 страниц и за год 64 800.
Какие же книги я прочитал.
«Юконский Ворон» С. Маркова. В книге показан произвол царского самодержавия над лучшими сынами Отчизны. «Остров Тамбукту» Марко Марчевского. Читал стихи Маяковского. Половину I-го тома Пушкина А. С., «Кармен» Мериме. А сегодня дочитал «Гобсека».
Мы занимались в кабинете биологии. Там стоял скелет. Трепаков, Дашевский и Косарева нарядили его. На шею повязали платочек, на голову надели кепку Дашевского и на ней нарисовали свастику. В зубы ручку — вместо сигары. Ноги вместо рук подвесили, а одну руку на копчиковую кость.
Пришла наша Антонина. Сначала засмеялась, а потом как закричит.
— Кто это сделал? Сознавайтесь! А не сознаетесь, директора позову.
Никто не встает.
— Староста, встаньте. Кто сделал?
Наташа Алиновская молчит.
— Председатель совета отряда! Кто сделал?
Василькин тоже молчит.
— Значит, вы укрываете нарушителей порядка. Оценка за поведение вам будет снижена. И в субботу мы выберем других, достойных ребят.
Как это мерзко! Виноватые молчат, а невиновным оценку снижают. Да и вообще это неправильно. Кто же своих выдает?
Антонина ушла. Урок сорвался. Мы насели на Дашевского, Косареву и Трепакова. Косарева и Дашевский пошли и сознались, а Трепаков не пошел. Самый здоровый парень в классе, а трус!
Все кончено. Отличник Пантелеев лопнул. Двойка.
Ниловна поставила двойку.
Я не решил задачу, которую задавали на дом. Она меня спросила, и я сказал, что не смог решить. Вызвала к доске. Я и у доски не решил. Посадила, поставила двойку. Но ведь я же старался!
Ладно. Хватит с меня долбежки. Уж больно хорошим хотел стать. А никому этого не надо. Ну и мне этого не надо. Мне и в троечниках хорошо. Не соскучишься.
Были выборы. Дашевский мне сказал: «Вот увидишь, председателем совета отряда меня выберут». И правда. Антонина сказала: «Предлагаю избрать пред. сов. отряда Володю Дашевского. Он хороший товарищ, хорошо учится. Он активный». Мы его выбрали. Старостой выбрали Сметанину, потому что она отличница. А звеньевыми тех, кто сидит на первой парте. Двух девчонок, одного мальчишку.
Да здравствует СССР! Новая победа! В космосе трое: командир Комаров, ученый Феоктистов, врач Егоров. Летят на ракете «Восход»!
12 октября — СЧАСТЛИВЫЙ ДЕНЬ НАШЕЙ СТРАНЫ!
