Вот это да! Мы стали проходить Африку, а Анатолий Михайлович, оказывается, был в Африке! Он там работал и совсем недавно вернулся в СССР. Я записался в географический кружок. А в литературном кружке меня избрали старостой.
Да! Это случилось. Я не могу рассказать о моей тайне даже Володе Дашевскому. Только тебе я доверяю, дневник. Нет! Не буду писать ее имя. Но я расскажу обо всем, что произошло. В перемену я стоял в очереди за булочками. Она два раза поворачивалась ко мне и улыбалась. В первый раз я отвернулся, а потом вытаращил глаза и смотрел так, чтобы не моргнуть. И она смеялась. Не вслух, но я видел, как дрожат у нее плечи. Я понимаю, что не достоин, чтобы на меня обращали внимание… Сегодня она была в кино. У меня не хватило четырех копеек. И я стоял на улице. Наконец, кино закончилось. Все стали выходить, и я увидел ее. Я пошел за ней. Хотел узнать, где она живет, но она вдруг обернулась. Я прыгнул за угол и долго стоял как вкопанный. Дальше я не пошел и не знаю, где она живет. Я ничего не знаю. Но — это случилось!
В перемены Пантелеев выходил из класса и стоял в коридоре где-нибудь на видном месте. Он ждал и никак не мог дождаться знака от Неизвестного, который забрал его дневник. У Пантелеева никогда еще не было ни одной настоящей тайны. И вот, наконец, повезло. Но кто он, Неизвестный? Тут можно было думать разное, и Пантелеев ждал знака.
Однажды возле буфета он столкнулся с мальчишкой, который показался ему знакомым.
— Что глядишь? — спросил мальчишка.
— Так.
— Забыл, что ли?
— Значит, ты…
Мальчишка подмигнул: молчи. Они отошли подальше от ребят.
— Хочешь книгу про «Черную стрелу?» или «Атомную крепость»? Приключения.
— Хочу. А когда?
— Хоть завтра. Врезать никому не надо?
Помощь пришла вовремя. Вчера Трепаков налетел на Дашевского,Пантелеев заступился за товарища, и Трепаков пообещал привести в школу своих ребят.
— Когда они придут? — спросил мальчишка.
— После пятого, наверно.
— Все.
Когда занятия кончились, Трепаков подошел к Дашевскому и Пантелееву и сказал:
— Не завидую вам, парни.
Вышли из школы втроем. Их уже ждали. Человек шесть-семь. Дашевский остановился.
— Пошли, — сказал Пантелеев, — не трусь.
Их сразу окружили. И — расступились. В круг вошел новый дружок Пантелеева. «Бритик!» — зашептали ребята.
— Кому? — спросил Бритик у Пантелеева. Не дождавшись ответа, подошел к Трепакову и тыльной стороной ладони ударил его по лицу.
— Хватит?
— Хватит, — сказал Трепаков.
— Для памяти еще одну.
Он еще раз стукнул Трепакова, Его дружки исчезли. Пантелеев был поражен могуществом Бритика.
Молча дошли до палатки.
— За дружбу, что ль? — спросил Бритик. Переговорил с продавщицей, махнул ребятам. — Живо. Пока никого нет.
Отнекиваться было неудобно: выпили по стакану красного вина. Пошли дальше.
— Отстань маленько, — сказал Бритик Дашевскому. — Нам поговорить надо.
Дашевский отошел.
— Ты цену любишь? — спросил Бритик и посмотрел Пантелееву в глаза. У того закружилась голова. Он понял.
— Нет.
