7 июня.
Валуйки. Погода совершенно смешная. Утром дождь. Из танковой бригады №6 прислали вездеход за Боде. Уговорила и нас поехать. Поехали. Бригада дней 5 назад вышла из боев. Дрались хорошо, рядом с Истоминым и Родимцевым. Ребята поснимали там (днем-солнце), а я сделал три материала: эвакуаторы танков, рождение воина (плохое), танкист-герой.
Вечером погода стала блядкской. Дождь. Разыгрался ветер. Низкая облачность. В комнате окна выбиты от недавних бомб, холодина. Сидим в ватниках, мерзнем. Брррр!...
8 июня.
Валуйки. Тихий день. Без конца дождь. Писал. Ночь прошла спокойно. Лишь к вечеру пролетел разведчик.
9 июня.
Валуйки. Солнце. Писал. Пока тихо. С КП вернулся Ляхт. На фронте всюду тихо. По данным разведки немцы готовятся к наступлению. Вечером выехали в Политуправление.
10 июня.
Ночевали в небольшом поселке вблизи Политуправления. Все вместе: Ляхт, Куприн, Реут, Устинов, я. Спали на сене - отлично.
Ясная тихая ночь. Над нами непрерывно ночью самолеты. Над Валуйками лучи прожекторов, разрывы зениток, зарева от бомб, ракеты.
Утром проснулись от ожесточенной орудийной канонады. В чем дело - никто не знает. Разговоров тьма. Но дуют сильно - так и громыхают непрерывно.
В 2 часа дня я и Устинов выехали в Воронеж. На перетолк с редакцией. Реут и Куприн поехали менять мотор.
К ночи добрались до Коротояка. Ночевали у редактора Гринева.
Снял под ночь наведение понтонного моста через Дон.
11 июня.
Чудный день. Встали, побрились. В 8 утра выехали от Коротояка, перевалили на пароме Дон. Отъехали километров 15- сзади слышна зенитная канонада, взрывы бомб. Немцы бомбят переправу.
К 2 ч. приехали в Воронеж. Город оживлен, красив, много нарядных красивых женщин. Война чувствуется, однако, во многом: на перекрестках вместо мужчин - женщины-милиционеры, часто попадаются часовые-женщины.
Днем узнали причину канонады, слышанную нами около Политуправления. Сводка за 10 июня сообщила, что в течение 10-го шли на Харьковском направлении бои с немецкими войсками, перешедшими в наступление.
Вечером, когда подошли ужинать к ДКА, услышали радио (в 21:00) о поездке и переговорах (и договорах) Молотова в Лондон и Вашингтон. Здорово! У репродукторов - толпы. Интересно, как он - летал или плыл?
В 23:20 перед сном прослушали зенитную стрельбу. Видимо, немцы берутся полегоньку и за Воронеж. Дежурная говорит, что за последнее время город не бомбили, но постреливают часто.
Купил письма Пушкина и стихи Суркова "Декабрь под Москвой".
12 июня.
День прошел тихо. В столовой наслаждался чаем с пирожным. Ух, здорово!
Вечером узнал печальную весть: 5 июня из Валуек в Москву вылетел Костя Тараданкин. Идучи из редакции домой он попал под машину. Измят изрядно, лежит в госпитале. Ну и ну! Стоило воевать 11 месяцев, быть во всех переплетах, чтобы попасть в такую историю.
А вот другая аналогичная история: фотограф Копыта снимал в тылу конную атаку. На него наскочила лошадь, подмяла, еще и еще несколько. И он - в госпитале. Копыта под копытом. Сегодня видели в здешнем театре "Фельдмаршала Кутузова". Плохо!
13 июня.
Вечером в 18:30 говорил с Москвой, с Косовым. Просят материалы о боях на Харьковском направлении. Дела там тяжелые и бои, как сводки квалифицируют, оборонительные. В Москве тихо, частые дожди.
Только кончил разговор - канонада. Потом - свист и взрывы 6 бомб. Недалеко. Пошел. Народ на улицах возбужден весьма. Оказывается, нагло проскочил днем и сбросил бомбы в центре города. Одна упала рядом с парком ДКА - убито много детей и гуляющих. Повреждено здание "Коммуна".
В 9 ч. вечера - тревога. Гудки. Продолжалась до 12 ночи. Немного постреляли, взрывов не слышно.
Вечером приехали с фронта Куприн и Реут. Говорят - канонада не утихает весь день и ночь. Авиация немцев активизировалась весьма. В воздухе непрерывный гул. Усиленно бомбят станции ж.д., бомбят Коротояк (понтонную переправу), по-прежнему Валуйки. Вчера над ними жгли 5 ракет сразу. Реут войной сыт по горло.
Купил в киоске письма Пушкина - читаю взасос.
Фотографы рассказывают о поведении фоторепортера Гаранина.
Приехал он в 6-ю армию - шасть к начальнику отдела агитации Иткину:
- Я прибыл по поручению т. Мехлиса. Мне нужно для съемок несколько кило тола. (т.е. для инсценировок взрывов).
А как только началась баталия настоящая - ходу оттуда.
Впрочем, и остальные фотографы снимают так. Зельма все танковые сцены снимал под Воронежем, в т.ч. и сдачу немцев в плен и бомбежку танка с самолета. А "Известия" -ничего, печатают оного Зельму (Шельму).
Вот и завтра все фото-ватага идет снимать в 8 км. отсюда танковый бой. Сильно!
14 июня.
Тихо. Тревога. Тихо.
15 июня.
Тихо. Дождь. Были в бане. Очень хорошо. Говорил по телефону с Гершбергом. Заявляет, что "золотой век" в редакции кончился. Снова введены дежурства членов, их - восемь. Все пошло по до-октябрьски, организованнее, но тяжеловеснее. И - главное - позже выходят.
16 июня.
