Ошибка с генералами вызвала крупные последствия. В среду 10 февраля обсуждали это на бюро. Вынесли мне и Лазареву по выговору, Мержанову указание. 11 и 12-го было партсобрание. Докладывал Поспелов, потом выступало примерно 20 человек. Досталось нам по первое число. Говорили и об ошибке, и о плохой работе отдела. Все единодушно заявляли, что Лазарев не справляется с работой и его нужно снять. Ильичев и Сиротин пытались было его защитить, но их энергично поправили. Взыскания нам утвердили.
Какой уж раз поскальзываюсь на чужом материале! Сейчас все гадаем останемся ли здесь ("укрепить отдел"), переведут ли в другой отдел или пошлют на фронт спецкором. Последнее - самое лучшее.
Прилетел Григоренко, мы его вызвали. Летел в полной уверенности, что за орденом (операция закончилась, фронт ликвидировали, печатали много). Тем более, что на месте - представили. И вот... Ходит потерянный. Видимо, оба будут работать в выездных редакциях на заводах.
Начались реэвакуационные настроения. Гершберг еще в начале зимы перевез семью в Москву. (Наркомы и другие ответственные работники сделали это давно). Когда здесь была Зина (она прожила с 23 ноября до 20 января), мы договорились на весну. Сейчас многие хотят забрать: Калашников, Азизян, Гольденберг, Шатунов, Коссов и др. Подали заявку в Совнарком на выписку 50 семей. Молотов разрешил. Завтра в Главмилицию идет первый список на 14 семей. Я решил во вторую очередь - в апреле-мае. Холодно больно везти, да и в Москве и холодно и голодно.
25 февраля.
С огромным нетерпением все ждали 25-тилетия Красной Армии. Выступит Сталин или нет? Что скажет? Как оценит наступление? Действия союзников.
Под утро с 21 на 22-ое мы получили билеты на заседание. И сразу стало ясно: торжество не в Кремле, а в Колонном доме Союзов. Значит, доклада Сталина не будет. А по окончании номера Поспелов сказал, что докладчик Ярославский.
Значит, во-первых - положение не такое ясное, чтобы требовалось выступление, во-вторых - видимо, рано раскрывать карты. ("Сталину, если выступить, надо сказать что-то о международной обстановке, а - видимо - он этого не хочет сейчас, и о своих планах молчит" - говорит Гольденберг-Викторов).
Представляю, как разочаровались в мире дипломаты, в том числе - и наши союзники. Недаром, даже сегодня, 25 февраля, напечатана заметка сообщающая, что Рузвельт заявил, что еще не читал приказа Наркома от 23. Экая плохая связь! Вообще, в широких кругах отношения к союзникам за последнее время весьма ироническое.
Вечером 22.02 получили приказ Верховного Главнокомандующего . В нем три особенности: 1. Не переоценивать успехов и не недооценивать врага, 2. Никаких конкретных сроков и задач войны, 3. Ни слова о союзниках.
Наше наступление продолжается. Заняли Харьков, Павлоград, Красноград, Сумы. Все черкают карты, рисуют дальнейший ход ударов, каждый стал стратегом, прикидывают: "а куда отсюда ударят?" Это - всюду.
Но за последние дни отпор немцев усилился. На юге (в Краснодарском крае, в Ростовской области) началась оттепель, дожди, все раскисло, наступать трудно. На юго-западном и у нас - плохая погода. Таким образом, почти всюду авиация действует мало и помогает мало. А самое бы время!
Да и немцы собрались, видимо, с силами и темп наступления замедлился. Как сообщает сводка, в районе Красноармейское наши части непрерывно отбивают контратаки, иной раз немцы даже "вклиниваются".
Все ждут Орла. Сегодня говорил по телефону с Мих. Сиволобовым, посланным туда. Он сказал:
- Тот город, о котором мы с тобой говорили перед отъездом, пока очень тяжел. С большим трудом мы прошли одни ворота (линию), но за ними - много дворов. Сейчас пасемся (прогрызаем).
Давно бьемся и с Новороссийском и за Мгинский узел (под Ленинградом) и окружаем 16-ую армию. Пока туго!
В сводке второй день нет занятых пунктов. Народ недоумевает, тревожится. Разбаловались, решили, что война уже кончилась.
ЦК вынес постановление о сокращении тиражей и периодичности газет. "Правда" не будет выходить по вторникам (таким образом, впервые с 1929 года у нас появится выходной - понедельник - с 1-го марта). Тираж наш сокращен с 1200 тыс. до 1 млн. Тираж "Известий" - с 500 до 400 тыс. Все областные газеты (за исключением "Лнгр. правды", "Моск. большевик" и "Вечорки") будут выходить 5 раз в неделю, все районные - 1 раз на двух полосках. Ряд газет и журналов закрывается. Аргументируется - острым недостатком бумаги. Подписано - Сталин.
Полевой рассказывал, как во время уличных боев в Великих Луках он пробирался на машине к городу. Навстречу идет парень в форме танкиста и несет сверток. Показалось - пьяный. Подошел:
- Товарищ командир, возьмите. Я, должно быть, помираю.
