- Не стыдно куда угодно прилететь, - ответил он. - Тут мы догнали Америку.
Ильюшин рассказал, что у него разработано 4 варианта этого самолета: на 66 мест, спальный - на дальние расстояния - на 32 места, салон и еще какой-то, кажется, на 12 мест.
- Высота? - спросил Суриц.
- 10 000 метров. Кабина герметичная. Но, на всякий случай, будет и индивидуальное кислородное питание - баллоны под креслом.
- Скорость?
- рейсовая - 400км/ч. На высоте 300- 450км/ч. На 7500 (после того, как поставят нагнетатели) - 500 км/ч. Владимир Константинович ходил в Ленинград и обратно за 3 часа. Вот думаем поставить ее на линию Москва - Сочи. Путь туда займет 3.5 часа, а сейчас на "Дугласе"- 5 ч. 50 минут.
- Добавьте к этому, - сказал Кокки, - что она дешевле летает, чем "Дуглас", берет на человека меньше бензина. Спокойнее в полете. В Аэрофлоте стонут: дайте нам ее скорее на Ленинград, и мы снизим цену до железнодорожного билета.
- Радиус с полной нагрузкой? - спросил я.
- 3000 км.
- То есть: все средние расстояния?
- Вполне, - улыбнулся Кокки.
Суриц только что прилетел из Бразилии. Он летел через океан на одном самолете (кажется, "Консолидейтед"), через Европу до Хельсинки - на другом, и оттуда - на третьем - на "Дугласе". Он говорит, что "Ил-18" вполне с ними равняется и даже лучше.
Обратно повез меня Ильюшин. Ехали вместе с дипломатами. Ильюшин сказал, что хочет написать об этом самолете сам в "Правду". Я одобрил, он обещал в ближайшие дни завести к Поспелову статью. Суриц расспрашивал меня что стоит посмотреть в театрах. Я порекомендовал "Глубокие корни" у Вахтангова и "Русский вопрос" Симонова.
- Я читал пьесу. Она очень плакатная, там нет драматургического элемента, действия, - сказал он. - Хотя очень жизненна. Вот и в Бразилии сколько угодно таких жуков.
Я сказал, что приезжают грузины.
- А Хорава тоже? - спросил он. - Вот бы посмотреть его в "Отелло".
Рассказал я ми, как были недавно у нас англичане-журналисты. После осмотра редакции они вежливо спросили:
- Есть ли в редакции Красный уголок?
- Есть, - ответил Сиволобов и повел их в Дом Культуры. Они обалдели.
Дипломаты смеялись от души.
28 мая.
Сегодня позвонил генеральному прокурору СССР Горшенину.
- Ну, как вам передовая?
- Большое спасибо за нее. Лучшая из всех передовых сегодняшних газет. Особенно ценно то, что она спускает юбиляров на землю, конкретно указывает на задачи. Я приказал всюду ее проработать.
А я маялся вчера - что писать?!
Был сегодня у меня художник Кручина. Он задумал написать серию рисунков о Сталине - "Творец победы". Несколько принес с собой. Сам маленький, подвижный, худой, с острым лицом, седоват, в форме капитана. Рисунки мне понравились. В числе других - рисунок: Сталин в метро с детьми и женщинами, укрывающимися от воздушных налетов. Маленькая девочка прильнула к нему и обняла его, кругом - топчаны, женщины, спящие дети.
- А был такой факт? - спросил я.
- Да, мне рассказывал об этом Новиков, директор метро. В ночь с 5 на 6 ноября 1941 года Сталин приехал на ст. Маяковская. Сначала он остановился в начале зала, посмотрел, потом пошел по залу. В первые минуты его не узнали, затем кинулись к нему.
Другой рисунок: Сталине в госпитале сидит у постели раненого, положил на него руку. С соседней койки приподнимается боец, кругом сестры.
- А такой факт был?
- Да. Когда Еременко лежал раненый в госпитале (это было, видимо, летом 1941 г., если не ошибаюсь в датах, когда летчик Таран вывез раненого Еременко из окружения - Л.Б.), Сталин навестил его и обошел другие залы, беседовал с ранеными.
Я посоветовал ему написать письмо о своих планах Ворошилову. На том и порешили.
27 июля.
Ого, какой перерыв. И как-то сразу не придумаешь и не вспомнишь, о чем надо записать.
В последнее время много работаем. Месяц назад звонил Хозяин и сказал: поменьше занимайтесь экономикой, побольше политикой. Разговор был часа в 4 утра, в ту же ночь перестроили газету, и пошло в тот номер полторы полосы информации. Вновь вынесли "По Советскому Союзу" на первую полосу, и так - до сих пор. Идет в среднем около полосы в день, иногда больше. Серьезных экономических и с/х материалов редакция избегает.
Недели две-три назад Хозяин звонил снова. Тому месяца два разгорелась дискуссия: Большой театр поставил "Бориса Годунова". Зашел спор: надо ли оставлять сцену под Кромами. "Правда" высказалась "За", "Культура и жизнь", поправляя нас, против. Хозяин сказал, что сцены под Кромами - центральное место оперы, что гения нельзя исправлять и сокращать, а надо принимать целиком. Тем паче, что эта сцена - глубоко народная и правильная. Дали редакционный подвал, автор - Заславский.
Довольно много пишу. В прошлое воскресение писал отчет о физкультурном параде на "Динамо". Сегодня буду писать отчет о Дне флота, в следующее воскресенье - о Дне авиации.
Несколько дней назад был у Кокки. Говорили о делах, о даче, о футболе ("я как лечу во время матча - обязательно наклоню самолет и смотрю цифры на щитах - результат"). Говорил, что очень много летает.
