Вечером в 8 часов выехали в 28 подразделение. Перед этим был у Корнейчука и Ванды Василевской. Она рассказала о потрясающем факте. В феврале немцы вели на расстрел по Киеву 150 моряков (затем еще 100) Днепровской флотилии. Вели по улицам, голых, в кандалах. Выгоняли жителей смотреть. Моряки шли и пели - сначала "Интернационал", затем "Раскинулось море широко". Какая потрясающая выдержка! Ванда пишет об этом.
На отъезд получили селедки, достали бутылку Зубровки - сырца. Хозяюшка Мария Ивановна сварила картошечки, и мы чудно посидели перед разъездом: Куприн, Григоренко, Реут, Боде и мы.
Затем поехали. Отъехали километров 15-20, видим - идут немецкие самолеты на город. На наших глазах тут же произошел легкий воздушный бой двух ястребков с четырьмя "Юнкерсами" - безрезультатный.
Началась зенитная стрельба. Проехали еще километров 20- над нами самолеты - строчат из пулеметов. А позади, минутах в 10 ездки, рвутся бомбы. Вовремя уехали!
Сейчас в 22:30 в тьме доехали до Ольховатки. Сидим в хате, заночевали. Вместе с нами лектор обкома партии. Во тьме отчетливо видны зарницы и разрывы зениток в трех местах: Валуйках, Купянске и Озерном. Там дают пить! Шарят прожектора. Луны еще нет.
Над головами все время проходят эшелоны немцев - тут лежит их трасса. Тянут, как ночью журавли через село. Все время слышен гул самолетов.
2 июня.
Утром выехали из Ольховатки. Мчались по темным дорогам. В том месте, куда мы ехали, политотдела уже не оказалось. Выяснили новый адрес - едем туда.
Нашли. Маленькая деревушка. Все учреждения разбиты по хатам. Оставили машину на краю села - замаскировали. Пошли. Начполитарма нету. Нашли редактора газеты - батальонного комиссара Киряшева. Чудный парень. Посоветовал ехать в дивизию Истомина - лучше всех дралась в майском наступлении против танков.
Ол-райт!
Пошли обратно - обстрелял самолет.
Поехали. Дивизию нашли в лесочке-осиннике. Там же КП. Полковник Истомин - средних лет, крепкий, ладный, типичный русак-вояка. Рад нам. Сразу водки, приглашает на одеяло. С 1923 г. в армии.
- Бриться гостям! Да с одеколоном обязательно!
Высокий, ладный, такой же здоровый, как полковник, комиссар дивизии полковник Давидович.
В 18 часов явились командиры и комиссары полков. Основной вопрос почему кое-где плохо кормят. Затем сообщил им о нашем приезде.
Потом рассказал мне о боевых днях, посоветовал поехать в 907 полк, представленный к ордену Красного Знамени.
В 9 часов выехали туда. КП в хвойном лесу. Связной заблудился. Стояли в лесу часа два. Вспыхивают зарницы, артиллерия, жужжат самолеты, иногда освещает полнеба зарево залпов - бьет "катюша".
В 12:30 разыскали блиндаж командира полка - майора Скибы и комиссара батальонного комиссара Ильюшенкова.
Недалеко, за Сев. Донцом идет бой, тут пока тихо.
Разбудили. Выпили. Закусили. Легли спать.
3 июня.
Встали. Позавтракали. Вышли. Чудное утро. В лесу - блиндажи, шалаши, окопы, артиллерия, машины, все. А издали - лес пуст.
С утра - за работу. Два батальона этого полка 15 мая выдержали атаку около 250 танков и выбили из них около 80. Говорил со многими: Сикбой, Ильюшенковым, бойцом Щегловым, бронебойщиком Переходько, бойцом Васильевым, бойцом Дымовым. Последний пришел ко мне контуженный, полу-зрячий на один глаз. Над ухом рана, она гноится - так он сначала у речки ее обмыл.
Несколько раз пролетали немцы Стучали пулеметы, тявкали зенитки. Мы работали.
Пообедали. И к полковнику. Чудно посидели вечерок. Говорили о судьбах офицерства, о традициях русских командиров.
Легли в 12 на воздухе. Непрерывно летают немцы. Пальба. Рядом ухнули бомбу. Тут спать не густо. Но ничего, сошло. Пошли было в блиндаж - там мокро и сыро.
4 июня.
Встали в 7 ч. Завтракать. Полковник и комиссар все время дружески переругиваются, подшучивают.
Комиссар полковнику:
- Ты давно встал?
- Давно, уже позавтракал.
- А чего после завтрака улыбаешься? Володя (повару), что на завтрак?
- Яйца.
- Чьи?
- Ваши! (хохот).
После завтрака выехали на станцию Приколодное. Выезжая туда увидели справа 7 самолетов. Разрывы зениток.
- Ходу!
Водитель рванул и со скоростью в 100 км/ч помчался по поселку, чтобы выехать за пределы станции. А немцы в этот день усиленно бомбили все ближайшие станции.
- Ненавижу железную дорогу! - говорит водитель Курганков.
Мчались так, что кидало, как мячик. Жители мечутся. Я смотрю на самолеты. Одни отходит и, увидев нас, разворачивается и дает две очереди. Мимо! Мчимся. В стороне - клубы разрывов бомб, столбы дыма. Ходу, ходу!
Ночуем в Ольховатке.
Начполитарма Радецкий сообщил интересный факт. Командир и комиссар одной роты 907 полка испугались танков и подняли руки, сдались в плен, бросили бойцов. Бойцы, озверев, кинулись в атаку, отбили обоих и доставили их на КП дивизии. В тот же день их расстреляли.
5 июня.
Переночевали в Ольховатке и в путь. С трудом нашли, куда переселились наши ребята. Вообще, все хозяйство раскинулось на много десятков верст вокруг.
