Макс виновато пожал плечами. Мы топтались в чьем-то цветнике в тупике узкой улочки, дорогу дальше преграждала старая облезлая стена. Потемневшую штукатурку, то тут, то там обнажающую рыжие кирпичи, плотно овивал плющ, разбрасывая везде, где только мог достать, крупные нежно-розовые цветы.
Черный дым, что преследовал нас, затерялся где-то в переулках. Макс оторвал у Локи хвост, который тут же обернулся в его загорелых пальцах куском белоснежного мела. Он быстро начертил большой прямоугольник прямо на серой штукатурке. Секунда, и я увидела низенькую деревянную дверь на кованых петлях со старинной медной ручкой, низкий порожек полностью зарос изумрудным мхом. Над ней появилась искусно выкованная вывеска «У дедушки Зака». Недолго думая, Макс приоткрыл старенькую дверь, наружу вырвался теплый свет.
– Ну, заходи! – подтолкнул меня Локи, в конце улицы мелькнул черный дым, – живее!
Я послушно вошла в лавочку, словно заглянула в старую забытую шкатулку. Макс крепко захлопнул за нами дверь, тут же пририсовав к ней пару прочных стальных засовов. Снаружи послышались тяжелые глухие удары, из-под порога внутрь потянулись тонкие, едва заметные, клочки черного дыма.
– Пока хватит, – выдохнул Макс, быстро стирая нарисованную дверь, на ее месте образовалась глухая стена, – Диодора будет ждать нас с той стороны.
– Диодора? – прошептала я, – но что ей надо? Не проще ли вызвать полицию?
– Она не остановится, пока не заберет все, – ответил Локи, приставляя обратно свой хвост, – ты что, никогда раньше о ней не слышала? Сказки не читала?
– Вчера всю ночь домовые меня убеждали, что она прекрасна и бессмертна, как богиня, – пояснила я, – сегодня же меня тащат, как матрац, на плече через весь город, дабы мы не встретились с какой-то тучкой! Что вообще происходит?
– Алиса! Ты не внимательно слушала домовых, – ответил Локи, – зелье, в которое свалилась Диодора, сделало ее самой прекрасной внешне, но пустой и холодной внутри. Под ее чары попадает каждый, едва на нее взглянет. Ей не известны ни доброта, ни жалость. Став бессмертной и вечно молодой, она ни во что не ставит чужие судьбы и жизни. У Диодоры есть единственное слабое место: попав в волшебное зелье, она не сняла свое кольцо. Узкая полоска кожи осталась сухой, а потому уязвимой. Вот почему она сейчас так усердно ищет это кольцо! Теорис и Гладимор сделают ее снова всесильной и непобедимой!
– Значит, она не должна получить кольцо, – тяжело вздохнула я, оглядываясь по сторона, и добавила про себя, – каждый попадает под чары, едва на нее взглянет? Тогда Максу точно не нужно ее видеть!
В лавочке на стареньких деревянных полках, словно в многоэтажных игрушечных домиках, толпились самодельные сувениры: неведомые зверюшки, куклы, домики, цветы и деревца. Все было искусно сделано из подручного природного материала: камешки, ракушки, морские звезды, веточки, палочки и листочки. Пахло свежескошенной травой, хвоей и тайнами. Магазинчик освещался толстыми восковыми свечами, их спокойное желтое пламя было ярче электрических лампочек. По стенам прыгали загадочные танцующие тени, отчего казалось, что все игрушки живые, и замерли только при виде нас.
Из покупателей внутри была только хрупкая белокурая девочка в ярком сиреневом сарафане и такого же цвета босоножках. Я громко ахнула от неожиданности: ее снежные кудрявые волосы, ресницы и брови сливались с бледной фарфоровой кожей. На болезненно-худом лице горели, словно огромные аметисты, добрые печальные глаза загадочного сиреневого цвета.
– Ори громче! – подбодрил меня Локи, – все равно не услышит!
И действительно, девочка совершенно не обращала на меня внимания. Блеклые тонкие губы застыли в немой улыбке. Слишком наивный чистый взгляд и четкая густая тень на полу тут же развеяли все мои подозрения: она не приведение!
– Привет! – улыбнулась я незнакомке, словно своей старой знакомой, – ты не видела продавца? И, может быть, тут есть запасной выход?
Ответом было молчание, девочка едва заметно покачала головой. Я пробежалась по комнате дежурным взглядом. На стареньком деревянном столике стоял миниатюрный сундучок с узорными выкованными буквами «Большое спасибо!». В его крышке было соответствующее узкое отверстие для монет. Бери все, что хочешь, плати, сколько сможешь. Весьма странно, что из магазинчика до сих пор не вынесли все сувениры бесплатно. Должно быть здесь стоит куча скрытых камер и отличная сигнализация. Или все-таки есть продавец. Тут я решила обо всем догадаться сама.
– Скажи, может быть, ты – продавец?
– Лысый хрюнопень! Конечно же, нет! – проворчал Локи, – и она не будет с тобой разговаривать, Петровна. Пятнадцать лет ни с кем не говорила, а тебе сейчас споет!
– Я Павловна! И я хочу, чтоб она со мной поговорила! – настаивала я.
До сих пор удивляюсь своему тугоумию: наверное, девочка просто была немой. Макс загадочно улыбнулся, Локи, довольный собой, засверкал от носа до кончика хвоста. Спрошу при удобном случае, где он оставил свой острый гребень.
