Тина Чау пригласила на ланч в час дня, в ресторан «Мистер Чау». Поехали туда (звонки по телефону 0,80 доллара, газеты и журналы 4,50 доллара). Самое лучшее, что там было, – это Джерри Холл. Она выглядела, как бы сказать, чувственной, у нее пышные формы, и она показывала фотографии младенца, копия Мика. И вот эта Джерри говорит мне: «Я так рада, что сижу рядом с тобой, потому что, понимаешь, чтобы открыть косметический салон и бутик по продаже одежды, мне нужно всего-то миллион долларов, и тогда я могла бы поехать в Европу, закупить одежду, все, что нужно для всяких косметических процедур, – ну, это было бы, как у Джорджио, вот только Мик не дает мне денег, говорит, что взять деньги у него – это слишком легкий вариант, что мне нужно самой пойти и найти эти деньги, и вот разве не чудесно, что я оказалась за столом рядом с тобой?» В общем, это лучшая шутка прошедшего дня: всего-то за миллион долларов я мог вложиться в ее бизнес, на который Мик не хочет давать ей деньги.
Четверг, 31 мая 1984 года
Пошел взглянуть на новую квартиру Виктора в «Барбизоне». У него там терраса, и все красиво. Площадь квартиры, наверное, шесть на шесть метров, стоит это удовольствие 1 400 долларов в неделю. Можно, правда, было бы снять номер в том же самом «Барбизоне» за 84 доллара в сутки. Н-да, Виктор, считай, не от мира сего, почти что художник, я даже не понимаю, почему он не займется искусством. Он ведь хранит фотографии всех витрин, которые когда-либо делал для Хальстона.
После шиацу у меня начались боли. Винсент работал над договорами: мы продаем одну картину, чтобы добыть денег на оплату всевозможных счетов, которые нам приходят из-за нового здания. Я так от этого всего уже устал. Отправился к доктору Линде Ли, и она проделывала со мной все эти свои штуки, но боль так и не прошла – хотя еще утром ее вовсе не было. Увидев у меня в сумке пачку какого-то чая, она сказала, что это никуда не годится и в таком случае она больше не будет со мной заниматься. Она поднимает мою руку, когда дает принять витамины, и утверждает, что в зависимости от того, как резко моя рука падает, ей становится понятно, годятся ли эти витамины для меня или мне нужно что-нибудь другое. Пробыл у нее до восьми вечера. Ах, да, а я говорил, что получил от Джорджа Плимптона ужасно серьезное письмо? Я ведь дал малышу Чарли Эвансу интервью для его школьной газеты и в нем сказал что-то вроде следующего: что Джордж говорил мне, будто он не имеет никакого отношения ко всему плохому, что сказано обо мне в книге «Эди». Ну вот [
Воскресенье, 3 июня 1984 года
Ходил на мессу к одиннадцати. Я всегда морщусь, когда возглашают: «Мир Господа нашего да будет всегда с вами!» – после чего полагается пожать руки тем, кто стоит рядом с тобой. Я всегда ухожу раньше. Или делаю вид, будто молюсь. Не знаю, с каких пор это стали делать, потому что в детстве я ходил в греческо-католическую церковь. А сегодня на мессе был чей-то малыш, очень славный, он танцевал, когда пели гимн, и хлопал в ладоши. Смотрел вручение премий «Тони». Что было, в общем, возмутительно, так это когда Чита[1259] наконец получила свою премию и даже не поблагодарила Лайзу. Но ведь этот самый «Каток» вообще не состоялся бы без Лайзы. И даже свою дочку Чита не упомянула[1260]. Она поблагодарила лишь свою маму, которая, как Чита сказала, этот мюзикл не видела.
Понедельник, 4 июня 1984 года
Я возился с разными делами в офисе, вокруг тоже кипела работа. Нужно было отослать мою «Мэрилин», что, в общем, вывело меня из душевного равновесия. Все этому Саатчи из Англии. Это поможет, конечно, оплачивать ипотеку и тому подобное, но все же я не уверен, что было правильно продать ее.
Вторник, 5 июня 1984 года
Пошел на встречу с Бенджамином в «Сотбис», на аукцион драгоценностей, и эта вещица из «Симен Шеппс», которую мы хотели купить примерно за тысячу долларов, ушла за двадцать одну тысячу!
По моей комнате сейчас летает огромная муха, дай-ка я открою окно, чтобы ее выпустить… На той стороне улицы ходит какой-то негр с пластиковыми мешками, звонит во все двери. Может, из химчистки? Вот, одна дверь только что открылась… Подожду-ка, может, он выйдет с новыми мешками… Но если я закрою жалюзи, чтобы муха больше не залетала, я ничего не увижу. А-а, вон он, выходит, ну да, у него еще один мешок, но… он идет с ним в сторону Парк-авеню.
