– Значит… гм… вы можете сказать Кэллуму, что я приходила его повидать? – спрашиваю я. – И скажите ему, что мне понравились его рисунки.
– Скажу, милая.
– Надеюсь, скоро ему станет лучше.
– Этот мальчик доставляет мне кучу хлопот, – качает она головой.
– До свидания, – говорю я.
Но дверь уже закрывается.
Я иду по тропинке, а потом оглядываюсь на дом. В меньшем из двух верхних окон шторы задернуты, но я уверена, что они чуть сдвинулись.
В магазине комиксов Рики оформляет раздел «Рекомендуем», организуя выставку Бэтмена, приуроченную к выходу фильма «Бэтмен: Начало». Я стою в дверях, хмуря брови:
– Ты предатель.
Рики виновато смотрит на меня:
– Я страшился этого момента.
Предпочитаю не говорить ему, что фильм дурацкий. Просто полный отстой. Кристиан Бейл говорит до смешного хриплым голосом, два часа демонстрируя «боевые искусства белого парня» и непрерывно ноя. Мы с Кэллумом проболтали бoльшую часть фильма.
– Так какие же шедевры про фашиста Бэтмена ты рекламируешь? – спрашиваю я.
– О-о, знаешь, обычные.
– «Возвращение темного рыцаря», «Убийственная шутка», «Долгий Хэллоуин»… Разве твои чокнутые мальчишки еще не раскупили их?
– Ханна, я…
Я уже собираюсь броситься в очередную стремительную атаку на «Психа в накидке», когда слышу, как у меня за спиной открывается дверь, и, повернувшись, вижу женщину лет тридцати в великолепном платье от «Хоббс». У нее тип мальчишеской красоты Одри Хёпберн, прическа и макияж безупречны. Почему-то сразу ясно, что она здесь не постоянный посетитель.
– Ванесса?… – спрашиваю я.
– Ханна?…
– Да.
Мы стоим, смущенно глядя друг на друга. Рики, почуяв шанс сбежать, удирает к прилавку.
– Извините, это немного странно, правда? – начинаю я.
– Ну да, – соглашается она. – Но, честно говоря, Ханна, я подошла к такому моменту в своей жизни, когда мне нравится совершать странности. В понедельник у меня был пилатес, вчера я вступила в хор, сегодня встречаюсь в магазине комиксов с девочкой-подростком по поводу свидания с ее отцом. Так что вперед!
Я указываю на два скрипучих кресла в углу, словно приглашая в свой офис. Мы молча проходим вперед, и она садится в то, где сидел Кэллум на нашем первом «свидании». Причудливое повторение, только теперь я здесь с папиной «девушкой», и это заставляет меня ощущать себя участницей мыльной оперы или греческой трагедии. И только когда мы обе, продолжая сидеть, снова поглядываем друг на друга, я понимаю, что у меня нет плана. Я понятия не имею, что на самом деле творю. Неожиданно на меня наваливается усталость.
– Это чудесное место, – говорит Ванесса. – Почему я сюда не прихожу? Девочкой я любила комиксы. Я читала каждый выпуск «Приключений Тинтина». Помню, что отмечала на большой карте мира, висевшей на стене моей спальни, все места, в которых он побывал. Лет до пятнадцати я обожала капитана Хэддока. Я была необычным ребенком. Как бы то ни было – привет, чем могу тебе помочь?
Я сразу в нее влюбляюсь. Блин! Она красивая, утонченная и, похоже, на самом деле довольна собой. Я начинаю беспокоиться: а может, ее совсем не интересует мой папа? Я решаю как можно более деликатно затронуть эту тему.
– Что ж, просто я… думаю, папа был… то есть после свидания… О господи, послушайте, он вам понравился?
Она разражается смехом, причем смеется так громко и беззастенчиво, что я тоже начинаю улыбаться. Парень, изучающий манга, смотрит на нас с подозрением.
– А ты не теряешь времени даром, – замечает она.
– Жизнь слишком коротка, – отвечаю я.
Интересно, сказал ли ей папа что-то про меня, потому что ее губы моментально поджимаются. Она отвечает не сразу.
– Да, – говорит она. – Он мне понравился. То есть свидание было ядерной катастрофой, но это была забавная ядерная катастрофа.
– А что, бывают забавные ядерные катастрофы?
– Несколько месяцев назад я не могла бы представить, что это возможно, но теперь у меня началась новая жизнь – жизнь, в которой я встречаюсь с мужчинами и занимаюсь пилатесом.
– Он мне немного рассказывал об этом.
– А он рассказывал тебе про шефа, который швырнул в нас стейком?
– Я решила, он это выдумал.
Она с энтузиазмом трясет головой:
– Нет, все это правда. Думаю, если бы мы не сбежали, то попали бы в меню.
– Вы ему нравитесь, – говорю я.
– Шефу?
– Нет, моему папе!
– Правда? Он не попросил номер моего телефона, имейл или что-то еще.
– Наверное, он был смущен, знаете… тем, что все пошло совершенно не так. К тому же у него куча разных проблем. Работа, я…
– Ты? – удивляется она.
