— Да, призывать теневых всадников и защищать Башню было некому, а для обороны без помощи магии она не приспособлена, — согласилась Эйлин. — Но кто он, этот неведомый благодетель?
Присев и взглянув на кровавые отпечатки огромных кованных сапог около тела Грангора, Ниваль присвистнул.
— Ого. Кажется, я знаю, кто это может быть. Я видел его в Башне, и много слышал о нем от старухи. — Он встал. — Я думаю, меча здесь нет. Если кто и может нам что-то о нем сказать, то это Ральф Троллеподобный. Он посвятил свою жизнь охоте за артефактами, и от такой вещи никогда бы не отказался. Он и помог магу отправиться на тот свет. Пойдем-ка, нашу хитрую бабульку насчет тайного лаза попытаем.
На поиски Ральфа Троллеподобного они отправились вместе с Касавиром, Келгаром, Нишкой и Гробнаром. Сола тоже пошла с ними, хотя ее никто не заставлял. Она была, как обычно молчалива и сосредоточена. Даже больше, чем обычно. Иногда она посматривала на Ниваля, но быстро отворачивалась и хмурила брови. Эйлин шагала рядом с Касавиром, и у нее возникало неудержимое желание взять его за руку и никуда-никуда не отпускать. Она словно чувствовала исходящее от него тепло. Тепло и спокойно теперь было и в ее сердце. И пусть не было у них возможности обнять и поцеловать друг друга так, как им бы хотелось, но их взгляды были красноречивее слов.
Вскоре они нагнали его, и не думавшего заметать следы или сильно торопиться. Ральф был один — и это их удивило. Это могло удивить людей, не знакомых с его привычками. Те же, кто хорошо знал его, утверждали, что он, если и покидает свою крепость в поисках приключений и трофеев, снискавших ему славу, то почти всегда в одиночестве или с оруженосцем. А уж в стране Холода он был своим, хотя и наведывался сюда не часто, ему здесь мало что угрожало. Он шел по проторенной тропе не торопясь, тяжелым, грузным шагом, и снежная пыль летела от его латных сапог с носами, окованными шипами. Длинные седые волосы Ральфа опускались из под шлема-черепа густыми волнами, разметавшись на украшающей плечи шкуре снежного волка и развеваясь на ветру. Увидев Ральфа со спины, можно было подумать, что этот статный, сильный мужчина красив, как бог. Но мало кто мог сдержать желание отвести взгляд, когда Ральф Троллеподобный поворачивался к нему лицом. Когти серебристого медведя, чья шкура теперь украшает Зал Славы в его замке, страшно изуродовали его, лишив одного глаза, сломав переносицу и раскроив когда-то прекрасное лицо на неровные лоскуты. За спиной Ральфа в перевязи болтался устрашающего вида двухлезвийный топор и Серебряный Меч.
Ральф почувствовал, что его нагоняют, и обернулся. Окружив его, друзья выставили против него оружие, но руки Ральфа были опущены. Ни один мускул не дрогнул на его лице, вызывавшем смесь ужаса и жалости. Он заговорил, и звучный голос его был подобен звериному рыку.
— Так значит, Башня Холода пала? Ожидаемый исход. Но я не собираюсь драться с вами. Я всегда помогал Грангору и Арденору, но в этой войне принципиально не участвовал. Я не люблю умирать ради чьих-то амбиций.
Ниваль холодно усмехнулся опуская, но не убирая меч.
— Поэтому, ты решил избавиться от Грангора, который задумал откусить кусок больший, чем способен проглотить. Или ты давно планировал освободиться от него?
— Какой ты догадливый, — осклабился Ральф, отчего его и без того уродливые черты исказились в жуткой гримасе. — Он первый напал на меня. Я сказал ему все, что думаю об его планах, и отказался в них участвовать.
— Если бы такой сильный маг напал на тебя первым, ты бы сейчас тут не стоял, — бесстрастно заметил Касавир.
Ральф Троллеподобный приблизился к паладину, сверля его единственным, налитым кровью глазом, таким темным, что радужка сливалась со зрачком, и грозно прохрипел:
— Ты. Уверен?
Касавир был очень высок и крепко сложен, но даже он был ниже Ральфа почти на голову. Тот нависал над ним, как гора, и массивность его фигуры подчеркивалась тяжелым доспехом, отделанным шкурой снежного волка, украшающей плечи. Оскаленный череп серебристого медведя на седой его голове хищно сверкал кровавыми рубинами в глазницах. Паладин спокойно выдержал его взгляд.
— Как бы то ни было, — произнес он, — ваши трения с Грангором оказались нам на руку. Осталось только вернуть вещь, которую ты у него взял.
Ральф хрипло рассмеялся.
— Так этот меч был вашим? Сочувствую. Я бы с радостью отдал его. Но он мне понравился. Я сроднился с ним. Я неравнодушен к оружию. Вот она, — он сверкнул глазом на Нишку, — знает, как я трепетно отношусь к своей коллекции.
— Тогда мы отберем его силой, — сказал Ниваль.
Ральф покачал головой.
— Я ни у кого не крал его. Это мой честный трофей. Я заслужил его в бою.
— Он мой, а не Грангора, — возразила Эйлин.
— Ты потеряла его, а я нашел. Таков закон. Обобрав труп своего врага, ты не обязана возвращать его вещи тем, у кого он их отнял.
— Ты поступаешь, как мародер, — угрожающе произнес Касавир.
