Ходок еще несколько минут сидел без движения, приходя в себя. С таким настроем тоже нельзя идти по Зоне, потеря осторожности на руку аномалиям. То, что было сейчас, являлось компенсацией за приступ страха, это было ожидаемым. После каждого такого приступа, наступающего после выхода из глубокой Зоны, через какое-то время приходила компенсация как взрыв иммунных сил человека против вторжения чужеродной энергии, и слава всем богам, что на этот раз компенсация вернулась так быстро после подавления. Ходок проходил это уже неоднократно, и это была одна из причин, почему для смягчения приступов он не брал с собой водки, как большинство сталкеров. Если смягчить приступы того, что сталкеры называют «отходняком» или «накатом», водкой, то и компенсация будет размытой, нечеткой. Сталкер почувствует ее как прилив сил и уверенности, и свяжет это с приемом алкоголя, но нет, здесь работали природные механизмы самого человека, и чем сильнее будет размыт алкоголем эффект наката, тем слабее проявит себя компенсация, а значит не всегда будет рост психологического иммунитета к Зоне.
Ходок медленно встал, оглядывая доступный для обзора горизонт. Коварные ощущения исчезли, компенсация закончилась, оставив благотворный эффект, он чувствовал себя свежим, молодым и сильным. Хотя он и вправду был молод, иногда ему казалось, что он бродит по Зоне вечность, глотая ее ветра и разменивая километры ее просторов на мотки собственных нервов. Прислушался к звукам, приносимым ветром, прислушался к своим ощущениям. Ветер тихо посвистывал, пролетая через гребенку колючек шиповника, не неся с собой ни воя слепых псов, ни звуков стрельбы, только запах собирающегося дождя. Прислушался к своим ощущениям: интуиция подсказывала ему что не стоит задерживаться здесь. Там, откуда он пришел, определенно что-то происходило. Какая-то суета и движение, словно грязно-серый ком биомассы собирал информацию, впитывал запахи и звуки, идя по его следам. Ходок нахмурился, это было что-то новое, но ничего, в Зоне каждую ходку появляется что-то новое, а он все еще топчет эту землю.
***
Турист шагал по выбранному направлению до ориентира, до брошенного механизаторского двора, чьи развалины уже виднелись в пыльной дымке в полукилометре от парня. Странно, ветра как будто и не было, а пыль в механизаторском дворе была такая, что слегка затемняла просветы между постройками, или, может, это такой странный дым? Памятуя о возможных аномалиях, Турист аккуратно бросал камешки впереди и шел. Делать это было несложно и даже немного интересно, напоминало какую-то игру, когда бросаешь кубики с цифрами и по ним делаешь несколько шагов фишкой на бумажном поле. Но здесь фишкой являлся он сам, а поводов откатить назад или пойти по обходному пути еще не было. Ну вот и сам двор, а от него столбы линии электропередач с остатками проводов. Пыль, а не дым и не туман, действительно висела между домами, не желая опадать. Заходить в эту пыльную дымку не хотелось, но камера телефона, приведенная в активность, несколько минут снимала и разрушенные постройки с обгоревшим трактором МТЗ, и деревянные столбы ограждения, на которых, наверное, раньше была проволока, и, как ни странно, несколько канализационных люков. Удивленно подняв бровь, Турист задумался: Ходок ему ничего не говорил о люках в этом месте. Может, он просто не знал? А может, он знал, что это не те люки, и поэтому ничего не говорил о них? А может, стоит проверять все люки, которые можно найти здесь? Турист стоял в нерешительности, в конце концов, сделав поправку на висящую перед ним взвесь, он решил не заходить в механизаторский двор и, обойдя его вдоль остатков ограждения, двинулся вдоль ЛЭП, как теперь он уже понял, к тем самым пугающим его развалинам, лежащим на пути к посту «Тропа» и напоминающим остатки гаражей.
***
Ходок медленно, но верно двигался к Ростку, приближаясь к границам Диких Территорий. Время клонилось к вечеру, а двигаться в сумерках без необходимости было не в его правилах. К тому же совсем не далеко был известный ему схрон для долговцев и крепких сталкеров. Почему только для них? Потому что информация о хороших схронах кому попало не сливается, а бережется для надежных либо для богатых людей. Ходок входил в число и тех и других, поэтому вполне мог рассчитывать на нормальный прием, если в схроне уже кто-то есть, либо, что более вероятно, переночевать там в одиночестве. Схрон часто пустовал, потому что до Ростка было рукой подать, всего-то час с небольшим ходу по местной заброшенной распределительной железнодорожной станции с огромными пустыми корпусами, ремонтными цехами, в лучшие годы, видимо, обслуживавших Росток. Но бывает, что именно этого часа для того, чтобы дойти до Ростка, у сталкера нет, вот тут-то и приходит на помощь надежный схрон, который располагался под крыльцом одного из здания с северной части станции. Таким образом, сталкер планировал переночевать в схроне, а завтра с утра в течение часа миновать промышленный сектор, известный плотностью аномалий, и войти на территорию Ростка.
