Увидела его в отражении и обернулась. Ничего не сказав, взяла одну прядь и раскрыла ножницы, намереваясь обрезать.
- Ты что делаешь?! – перехватил ее руку Волкас, зарычав. – А ну брось!
Звякнул упавший на плитку металл. Ее била крупная дрожь, но в глазах не было ни слезинки. Снова повторяется та ситуация, как тогда на крыше, где она просила ее застрелить? Что с ней такое, елки-палки?! Ненормальная!
- Быстро объясни мне, что с тобой происходит? – усадив ее обратно на диван, он отыскал и протянул ей микрофон.
Нехотя девушка взяла и прикрепила его на место.
- Ничего, – перевел Samsung ее бурчание.
- Ничего?! – не удержавшись, он сорвался на рычание, но быстро заткнулся под ее предупреждающим взглядом. – Прости. Я помню. Не рычать.
Волкас сел рядом с ней и как бы невзначай заправил мешающиеся волосы за круглое ушко. Она вздрогнула, посмотрела на него и немного отодвинулась.
- Что не так? Давай, мне ты можешь рассказать! Знаешь же, что никому не проболтаюсь, а тебе станет легче, если выговоришься. Вот увидишь!
- Честно? – недоверчиво.
- Могила, – перекрестил тот себе грудь, повернулся к ней полностью и подтянул к себе колени, положив на них морду. – Признавайся, что тебе снилось? Не поверю, что обычный кошмар может так тебя напугать. Ты же своим криком, наверное, всю улицу разбудила, а потом как начала хохотать и биться в припадке, что я чуть сердечный приступ не схлопотал!
- Еще и смеялась? – нахмурилась она.
- Ага. Да еще так жутко, будто в тебя бесы вселились!
- Просто старая рана, – Кира отвела взгляд. Сейчас она выглядела как-то жалко. Сама на себя не похожа. – Не самое приятное из моих воспоминаний. Мне бы не хотелось об этом говорить. Не знаю почему мне вдруг это вспомнилось. Видимо, прошлое пытается напомнить, что я... – она не договорила, сжавшись еще сильнее. Ее снова начала бить дрожь.
- Тихо, тихо, – поддавшись случайному порыву, Волкас вдруг нежно обхватил ее за плечи и осторожно притянул к себе.
Поначалу хуман сильно удивилась, не понимая, что происходит, но сопротивляться не стала. Ее голова легонько коснулась его груди, а он гладил ее по спине, успокаивая, как маленькую девочку.
- Зря ты так, – вздохнула Кира, не убирая локоть, на котором сейчас держала свой вес, не ложась на зверя полностью. – Я не заслуживаю к себе подобного обращения.
- Почему это?
Лапа со спины переместилась на ее голову. Темные затупленные на конце когти перебирали длинные мягкие пряди, которые опутывали его пальцы, заставляя поражаться их упругой форме. Как у нее вообще поднималась рука остричь такую красоту? Хорошо, что он успел ее остановить.
“...Не буду рассказывать обо всем, что я пережила за тот период и почему я обрезала свои волосы...”
Интересно, что она тогда имела под этой на первый взгляд ничего не значащей фразой?
- Ты меня совершенно не знаешь, – выпутавшись из его лап, Кира отодвинулась так, чтобы ему было сложно до нее дотянуться.
- Уж поверь, я тебя знаю! – растянулся тот в зубастой усмешке. – Вредная, шумная, хитрая, вспыльчивая и капризная! Ты просто ходящее недоразумение! Зато хорошо дерешься, – вынужден был признать он, потерев один из своих синяков, и улыбнулся еще шире, посмотрев на ее потемневшую мордашку: – Но при всем этом еще умная, добрая и краси... – он успел захлопнуть пасть, едва не ляпнув лишнего, после принялся думать, что он только что чуть не сказал.
- Ты не понимаешь, – мрачное выражение не желало сходить с ее лица. – Я самый худший из хуманов, – видя его непонимание, девушка вздохнула и принялась рассказывать, осторожно подбирая слова: – Помнишь, что я говорила про частое употребление neirostimylyatora? Про его побочные действия?
“...Его негативный эффект заметили позже. Дело в том, что нервные клетки обновляются тоже, а старые разрушаются. Начинается проблема с памятью, логикой и контролем эмоций...”
- Сколько ты его приняла? – напрягся волк, поняв куда она клонит.